Банда возвращается

Виктория Макарова обернулась к своему напарнику, спросила Александра:

– Лейтенант Репека вам еще нужен?

– Нет.

– Отправляйся домой, Николай, – тихим мягким голосом велела Виктория. – Отдохни и завтра к восьми.

Они пошли бесконечными кремлевскими коридорами. Теперь коридоры по большей части были пустыми. Женщина шла чуть впереди и справа от Александра, указывая дорогу. Шла довольно быстро и уверенно. Бондарович, у которого был наметанный глаз, обратил внимание на некую неправильность в том, как на ней сидит пиджак.

– Что это у вас под левым плечом морщит пиджак? Плохой портной или «волына»?

– Что? – удивилась Виктория.

– «Волына» – это пистолет на языке моих клиентов. Я по долгу службы в основном не с кремлевскими генералами общаюсь, а с «братвой».

Девушка чуть замедлила шаг:

– Это «волына», по-вашему.

– И вы из нее, простите, стреляете? Не для виду носите? «Макаров», наверное? – все острил Александр; такое у него было настроение. – Фамильный?

– Да, приходилось, – спокойно подтвердила Макарова, продолжая указывать дорогу.

 – А шутка про мою фамилию, как вы понимаете, второй свежести…

– …и последней, – подхватил Бондарович цитату.

«Господи, – подумалось ему, – что это меня сегодня несет? И чего я к ней привязался?.. Должно быть, понравилась девица… запала. Что ж, бывает! Но почему опять раздражаюсь? Ах, да! Чертовы кремлевские игры…»

– Как ни странно, это мое любимое занятие, – слегка потупившись, сказала Виктория. – И, наверное, единственное, что я умею делать хорошо.

– Вот как? – ничего умнее этого замечания у Александра не придумалось.

Ему показалось, что девушка взглянула на него насмешливо. Или лукаво?

– Да вы наверняка знаете об этом, Александр Владимирович, просто не вытащили из памяти, где слышали мою фамилию.

– Я о вас знаю?..

Александр встрепенулся, и несколько секунд в его голове происходил отсев данных.

– Ну конечно, – с облегчением воскликнул он, хлопнув себя по лбу ладонью. – Виктория Макарова, чемпион Европы и чемпион мира по стендовой стрельбе!

Она позволила себе тихо засмеяться:

– Вот видите!

– А я вас зачем-то подначиваю насчет стрельбы.

Вы же родились ковбоем, – Бондарович взглянул на девушку с уважением. – Я вам признаюсь. И может, это послужит оправданием… Меня просто раздражают эти чертовы политические игры. Чувствую себя не в своей тарелке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».