Поход Ивана-дурака за смыслом

– Смысл – это такая штука, которая может работать во всех возможных мирах. А они, Иван, бывают ох какие разные. Даже и подумать страшно. В некоторых из них я даже не круглый.

– Возможных мирах? Я дурак, Колобчик дорогой. Объясни попроще как-нибудь.

– Ну вот, например, деньги.

– Да! – поддержал Иван. – Отличный пример.

– Не могут быть они смыслом, – ко всеобщей грусти-печали заключил Колобок. – Потому как не во всех мирах они что-то значат и вообще возможны.

– Да ну, – скептически изумился в свою очередь федеральный адвокат.

Он-то знал, чему изумляться.

– Они даже и в этом мире могут потерять своё значение.

– Угу, Идолище Поганое уже говорил про коммунизм и расстрелы.

– Даже и без расстрелов. Могут просто обесцениться, и всё. А в некоторых мирах вообще невозможно никакое количество, в том числе количество денег.

– Я уже говорил, что дурак?

Колобок наверное должен был вздохнуть, но никто этого не заметил, потому что он идеально круглый, безо всяких складок и трещинок.

– Есть миры, где есть только я и больше никого.

Потому что я всё там поглотил. Я, знаете ли, могу целый мир поглотить и не поперхнуться. И мне там деньги ни к чему. А смысл должен быть таким, чтобы он был для меня смыслом даже там, где нет ничего, кроме меня.

Товарищ господин Брыкля в это время достал из-за пазухи Ивана самописную грамоту и бегал по ней глазами.

– Точно-точно, про это уже было в самом первом пункте контракта.

– То есть смысл должен греть душу, что бы там ни происходило. Небо может стать землёй, а земля водой, только смысл останется смыслом.

Денег у тебя может быть много или вообще не быть, а смысл останется смыслом. Ты можешь быть больным или здоровым, молодым или старым, женатым или холостым, а смысл останется смыслом.

– Да, что-то такое тоже было – как раз в последнем из пунктов, – обратил своё учёное внимание федеральный адвокат.

– Гравитация может исчезнуть или обратиться внутрь себя, люди могут ходить на ушах, твёрдое может стать мягким, а жидкое вовсе прекратиться, камни могут заговорить, звёзды погаснуть, а смысл должен оставаться смыслом.

Иначе это не смысл. Он по природе независим ни от каких обстоятельств. Вообще ни от каких, – прогрохотал Колобок.

– Надо же, – удивился Иван.

– Надо же, – согласился Павлин Матвеевич.

– Ну вот. А теперь я вас поглощу.

И громадный Колобок плавно двинулся в сторону федерального адвоката и его доверчивого доверителя. Адвокат побежал, а Иван так и остался тупо стоять.