Неизвестный Булгаков. На свидании с сатаной

губернии) семилетняя девочка Саша говорила матери, что она с теткой Марьей, у которой жила в няньках, каждую ночь летала на лысую гору.

– Когда все заснут, погасят огни, тетка Марья прилетит сорокой и застрекочет. Я выскочу, а она бросит мне сорочью шкуру, надену я ее – и полетим. На горе скинем шкуры, разложим костры, варим зелье, чтобы людей поить. Слетается баб много: и старых, и молодых…

То же самое Саша рассказала отцу… Думал, думал отец и надумал сводить свою дочку в церковь, исповедовать ее, причастить.

Да не возьмется ли священник отчитать ее?!

От исповеди, однако, девочка сама отказалась:

– Ведьмы не молятся и не исповедуются!

И в церкви повернулась к иконостасу спиной. Священник отчитывать отказался и посоветовал девчонку хорошенько выпороть.

– Какой сорокой она скидывалась, куда летала? И ты, дурак, веришь болтовне ребенка?

В волости жалобщику поверили и Марью признали за колдунью. Порылся писарь в законах и оповестил:

– Нет, брат, против черта ничего не поделаешь: никакой статьи противу его я не подыскал» [70].

Да, и прежде, и в наши дни: никакой юридической управы на дьявола не сыщешь. Вроде как и нет его. А он – вот он! Нарядился этнографически-фольклорным персонажем и посмеивается.

В конце XIX – начале XX веков сюжет договора с диаволом зафиксировали многочисленные записи этнографов – П. Минорского, А. Колчина, С. Гуляева, П. Богатырева и других. Да мало ли еще не известных бывальщин о колдунах отложилось в архивах Русского географического общества! Эти свидетельства ждут вдумчивого исследователя, но, конечно, православного, имеющего благословение на сей опасный труд.

Невоцерковленный ученый может легко «облучиться» от материала, внутреннего смысла которого он не понимает. Профессор-материалист ведь в этих вопросах – полный неуч. Меж тем Ивашка Волошанинов (дело 1677 года), давая списывать Мишке Свашевскому текст присушки, включающей отречение от Бога, говорил, «чтоб он, Мишка, тех писем не много чел, а буди стане честь много, и к нему найдет нечистых духов много, и от них де ему отговоритца не суметь».

Неправославный публикатор «этнографического материала» и вообще опасен для общества. Он может распространить эпидемию тысячными тиражами. Вот академик Н. И. Толстой подчеркивает важность классификации заговоров и заклинаний: «Результаты эти… могут быть использованы в качестве исходного материала для последующих операций – для внутренней реконструкции славянской духовной культуры» [85].