Неизвестный Гитлер

Худощавый юноша в потертом костюмчике! Сейчас он не замечает окружающего и пошлого мира. Он весь – в театральном полумраке «нордической» фантазии. Он чувствует в себе невероятную силу. Эта сила словно передается ему от Парсифаля с бутафорским копьем. Такую подпитку дает каждое посещение оперы Вагнера. Но пока еще полученная энергия улетает в пространство потоком возбужденных и бессвязных слов о будущей славе. Гитлера слушает только его единственный друг Август Кубичек.

Видел бы сейчас этого возбужденного юнца Макс Нордау! Гитлер как будто иллюстрировал его слова о Вагнере.

Знаменитый ученый писал о своем бывшем друге как о типичном реформаторе-фанатике. Зараженный манией величия, он дает иллюзию силы тем, кто позволил обмануть себя его ложью.

Гитлер шел по Вене. Но находился на мифической земле Нибелунгов. Он чувствовал себя бесстрашным Зигфридом. И овладевшим чашей Грааля Парсифалем. И мужественным Риенци, гибнущим в прекрасной попытке вернуть былой дух и былое величие Рима. «Хайль Риенци! Привет тебе, народный трибун!» – так, вскидывая правую руку в римском приветствии, обращаются к оперному герою.

Уже поздно ночью он возвращается в свою убогую комнатенку. Над постелью висит плакат: «Без иудейской и римской мании поднимайся, единая Германия! Хайль!» Он садится за стол. Разводит акварель. Тщательно прорисовывает детали. На листе появляется взволновавшая его картина.

Будущий фюрер как будто видел в этой опере свою судьбу… Хайль Гитлер! Он также будет предан ближайшими соратниками.

Он также не осуществит своей мечты. И пламя костра пожрет его тело. Зиг хайль!

Фантазии Вагнера рыцарским строем прошли перед юношей из лесистой Нижней Австрии. И он отправился вослед. Он еще добудет Копье Силы!

Его «Монсальватом» стала гора Байрейт недалеко от Мюнхена.

Чудесная гора. «… в 1871 году Вагнер решил, что энтузиазм, внушенный национальному духу победами немецкой армии, должен будет благоприятно отозваться также и на успехе его великого художественного предприятия… Он открывает подписку на сооружение образцового театра в Байрейте» [22].

Впрочем, надежды на идеализм немцев не оправдались. Деньги в основном дал баварский король Людвиг II. Так для исполнения «Нибелунгов» был специально построен театр. Вагнер остался здесь навсегда. Под мраморной плитой без надписи и креста – могила великого композитора… Впервые оказавшись на байрейтском Зеленом холме, Гитлер долго стоял над камнем.