Дежурный по КТуркВО

Водичка удачно попала на вчерашнюю дозу спирта, мне снова захорошело, и я поспешаю в расположение, где меня с облегчением встречают сослуживцы, гадающие, куда я мог запропаститься. На табурете из моей одежды были штаны, рубаха, панама и носки. Ремень и ботинки отсутствовали. Парни подсуетились, принесли из каптёрки парадные ботинки, но ремня там не нашлось. Снимать ремень с кого-то – не вариант. У одного из дембелей есть «ремень на дембель», но он в станции, которая стоит в боксе.

Ситуация патовая. Гонец к соседям-комендачам вернулся со словами, что поищут, где-то в каптёрке были. Кто-то вспоминает, что уже вечером на поверке я стоял без ремня.

Выхожу из казармы, бросаю взгляд на свою машину – ботинки надеты на держатели зеркал, ремня нигде не видно. Обшарил кабину, обсмотрел машину вокруг – нет ремня. Сходили на завтрак, где мой друган Саня Зубков, который прибыл прошлым вечером из караула на ключике, рассказал, что вечером перед поверкой, увидев меня пьяным, обиделся, что пил без него.

Я его пожалел и отдал ему свой одеколон из станции. Правда, пить одеколон он его не смог. Я этот эпизод вообще не помнил, но понял, что искать надо внутри станции.

В общем, ремень мой висел на крючке для одежды внутри КУНГа. С экипировкой всё встало на свои места. Спустя некоторое время состоялось утреннее построение, сообщили в том числе, что сегодня намечается присяга, дали команду разойтись.

И тут слышу команду начштаба майора Арефьева: «Кислицин, Смирнов, Вишневский – за мной!» Арефьев, не оборачиваясь, хмуро и неспешно направился в штаб и мы, обречённо переглядываясь, двинулись за ним. Ну, думаю, видимо ещё где-то покуролесили вчера, и кто-то уже успел доложить.

Подходим к штабу, Арефьев оборачивается, поднимает руку с указующим перстом и произносит: «Вишневский – несёшь знамя, Кислицин, Смирнов в сопровождении!» Итак, стояли мы со знаменем на присяге, пребывая в большом облегчении.

Меня только всё время мучила жажда…

Дальше было торжественное собрание. Замполит рассказывал про советские атомные подлодки, которые всплыли рядом со штатами с запредельной глубины, где их не может обнаружить никакая американская разведка. Этим Союз продемонстрировал штатам, что в ядерной схватке его не победить. Предложил задавать вопросы. Заметив в графинчике воду, я вызвался к трибуне.