Инструктор. Законопослушные граждане

На востоке занималась заря, а седовласый мужчина все еще нежился в постели и не хотел вставать.

«Поваляюсь еще немного, – решил Илларион Константинович, – я же все-таки на пенсии и могу себе позволить некоторые режимные послабления».

Полковник запаса Забродов вернулся домой почти под самое утро. Всю ночь они с Ириной гуляли по Москве. После посещения кафе Илларион пошел провожать ее до метро, потом еще до другого метро, а потом еще и еще, и в конце концов за разговором они не заметили, как прошагали пешком пол-Москвы.

Но и этого им оказалось мало, и они зашли к Ирине домой и долго пили чай…

– Да-а… – мечтательно и протяжно произнес инструктор спецназа, вспоминая вчерашний вечер, – прекрасный вечер! Верее, прекрасная и запоминающаяся ночь…

Полежав еще несколько минут, хозяин квартиры все же решил, что негоже валяться в постели, да и сон весь прошел. Он глубоко вздохнул, резко откинул одеяло и решительно поднялся с кровати.

«Вот так, дружище, – весело приободрил себя Забродов, – хорошего понемножку! А то и в самом деле затухну тут на пенсии!»

Он набросил черный махровый халат и первым делом направился на кухню, включил конфорку, поставил на плиту чайник.

Потом пошел в ванную комнату, где обмыл лицо и почистил зубы. Вернувшись на кухню, он заварил в чайнике пару ложек цейлонского чая.

– Ну что ж, пусть заваривается… – проговорил он и вышел из кухни.

Переодевшись в спортивный костюм, Илларион Забродов натянул кроссовки и, как обычно, выбежал размяться в местном парке…

* * *

Забродов с удовольствием пробежался по полупустынному скверу, поработал на перекладине и, отжавшись пару десятков раз на земле, в бодром настроении возвращался домой.

В планах Забродова было принять душ и отправиться на вокзал, чтобы проводить Ирину в Санкт-Петербург. Рисуя в уме радужные картины, Илларион Константинович подошел к дому и собирался уже войти в подъезд, как неожиданно его окликнул мужской голос.

– Константинович, привет!

Илларион Забродов вздрогнул от неожиданности и резко повернулся на осипший мужской голос. Это был его сосед по подъезду Иосиф Говорков. Его большая кудлатая голова высунулась из форточки первого этажа, а на помятой физиономии расплылась широкая улыбка.

– Здравствуй, Петрович, – остановившись у дверей подъезда, поздоровался в ответ полковник в отставке.