Инструктор. Законопослушные граждане

 – Что значит «ребенку угрожали»?

Иосиф Говорков недовольно и обиженно хмыкнул и, достав из кармана трико огромный платок, сочно и громко высморкался, а потом, заложив ногу за ногу, проговорил:

– А то и значит, что угрожали!

– Это все пустые слова, Иосиф! – раздраженно сказал Забродов. – Кто угрожал? Когда угрожали? Откуда тебе это известно? Тебе это сказал Виктор?

– Он, Константинович, со мной в последнее время вообще не разговаривает, – грустно и шумно вздохнув, признался Иосиф Петрович Говорков.

Илларион Константинович усмехнулся и спросил:

– Так откуда ты знаешь, что ему угрожали? Или тебе кто-то другой шепнул на ухо?

Говорков снова покачал головой:

– Никто мне не шептал. Я сам слышал, как он разговаривал по телефону.

– И что ты слышал? – поинтересовался Илларион Константинович.

Говорков посмотрел на недопитую бутылку водки, потом перевел взгляд на хмурого Забродова и предложил:

– Константинович, может быть, прикончим эту гадость, а то она мне сосредоточиться не дает.

– И когда ты напьешься, Говорков?! – укоризненно произнес хозяин квартиры.

Говорков виновато пожал худыми покатыми плечами и развел руками:

– Виноват, Константинович. Думаю, что на том свете успокоюсь.

– На том свете мы все успокоимся, – недовольно проговорил Забродов. – А ты мне скажи, когда на этом свете ты успокоишься? У тебя проблемы с племянником, а ты двух слов связать не можешь, чтобы толком прояснить ситуацию!

– Виноват, Илларион, – развел руками Говорков, – но ничего не могу с собой поделать.

Илларион Забродов недовольно сверкнул глазами, однако сдержался и раздраженно и быстро вылил из бутылки остатки водки в большой граненый стакан.

– Пей, горе ты мое луковое! – поставив стакан с водкой перед соседом, то ли приказал, то ли разрешил Забродов. – Только дело разумей!

Говорков покорно кивнул головой.

– Понял, Константинович! – пробормотал он и, боясь, что строгий полковник передумает, быстро осушил содержимое стакана, а потом добавил: – Фу! Дело, Илларион, я в любом состоянии разумею и понимаю.

Забродов посмотрел на несчастного Говоркова и хотел было ему ответить соленым словцом, но решил, что, пока тот еще что-то соображает, нужно прояснить ситуацию относительно его племянника.

– Так что ты слышал, Петрович? – спросил он.