Вероятности. Наваждение. Часть первая

Давно думаю, только спросить у неё всё не решаюсь.

– Где же твоя офицерская решительность, Вова? Ты – парень что надо, Женя не откажется. Вы, по-моему, очень хорошо ладите.

– Да вроде да. Надеюсь, что и дальше так пойдёт…

– А у меня вот… – начал Павел. – Мы с тобой знакомы уже давно, ты человек серьёзный – трепать не будешь. Дома у меня в последнее время всё куда-то катится… Не знаю даже… Думаю разводиться.

– Ого, – только и смог сказать Владимир. Он был удивлён, что Павел завёл этот разговор.

За два года совместной работы они ни разу не общались на настолько личные темы – так, перебрасывались словом-другим, – но, видимо, сейчас Крюков решил, что наступил тот самый момент.

– Вроде нормально жили, общались. Не сказать, чтоб там любовь великая, но комфортно было вместе жить. А тут в прошлом году Софию как подменили: злиться стала чаще, придираться ко всяким мелочам. Сначала вроде и не часто, не так заметно было. А сейчас – хоть домой не приходи.

Пытался поговорить с ней, а она сразу: «Не раздражай». И уходит… Устал я биться, Вова. Да и работать хуже стал, замечаю. Рассеянность какая-то появилась. Пора, наверное, разъезжаться нам.

Павел допил пиво и, открыв пневматическую урну, опустил туда банку. Крышка закрылась, и банку тут же затянуло под землю.

– Не знаю, что сказать, Павел Андреевич. Мне жаль…

Крюков вздохнул.

– Ничего, Вова, как-нибудь переживём. Я вот поделился с тобой – мне и легче стало.

– А может, вам к семейному психологу сходить?

– Я думал об этом, но София о врачах вообще слышать не хочет. Считает, что у неё всё в порядке, а не в порядке только у меня, – усмехнулся Павел. – Но ты, наверное, прав, надо поставить вопрос ребром: либо-либо. Попробую…

Они посидели молча пару минут, наблюдая за ожесточённой борьбой на баскетбольной площадке напротив.

– Вова, – начал Крюков, – какие у тебя мысли по поводу Харитонова? Что думаешь?

– А что тут думать? Прямых-то улик против него нет.

– А давай на минутку представим, что убийца – Харитонов, – предложил Павел. – Допустим, он решает единолично получать доход от изобретения, а для этого надо избавиться от профессора. Тогда Харитонов выманивает Весёлого в Отрожку и убивает, а нам закидывает мысль о каких-то тайных покупателях, которых и следов-то нет. Жизнеспособная версия?

– Павел Андреевич, не думаю, что тут так всё просто.