Комбат. За личное мужество

– Нашему графологу?! – испуганно прошептал Кориков.

– Да нет, у меня есть свой специалист. Он умеет держать язык за зубами, – ответил полковник.

– Это хорошо… – успокоился Кориков и с готовностью спросил: – Может, мне их ему отвезти?

– Нет, – сказал как отрезал Бахрушин, – он работает со мной напрямую.

– Хорошо, я понял, – согласился Кориков. – Когда я буду нужен, позвоните мне на мобильный.

С этими словами он положил перед полковником свою визитку.

– Позвоню, – сказал полковник, приподнимаясь и пожимая Корикову руку.

Как только Кориков вышел, Бахрушин позвонил человеку, которому он доверял как самому себе и даже чуть больше, – Борису Ивановичу Рублеву, позволявшему лишь немногим людям, в основном его личным друзьям, называть его Комбатом.

Больше всего полковника Бахрушина привлекала способность Комбата к стремительным, но всегда разумным и, как потом оказывалось, до мелочей продуманным действиям.

Ему, полковнику ГРУ, оставалось лишь его корректировать. Бахрушин понимал, что дело, в которое он хочет втянуть Бориса Рублева, не тянет на его уровень. Но в этом случае Бахрушину важнее всего было четкое взаимодействие и понимание с полуслова.

Комбат ответил не сразу. Голос его, как показалось Бахрушину, был тревожным.

– Мне нужно срочно с тобою встретиться. В семь вечера у меня, – сказал Бахрушин.

– Я тоже имею для вас интересную информацию, – заметил Комбат.

«У меня» обозначало не кабинет, а одну из конспиративных квартир, где чаще всего Бахрушин встречался со своими агентами.

В кабинет вошел полковник Володин вместе с секретарем, который нес на подносе две чашечки кофе.

В этом невысоком и довольно упитанном лысом мужчине с трудом можно было узнать бравого вояку, который по воле судьбы находился в центре нескольких довольно сложных и опасных политических ситуаций и, к его чести, смог из них выйти сам и вывести тех, за кого на него была возложена ответственность.

Дела эти, правда, будут рассекречены не раньше чем через полвека, когда о них и книги напишут, и фильмы снимут. И узнают о них правду не дети, а внуки. У Володина их было трое, и он постоянно делился впечатлениями и повторял, в последнее время все чаще, что внуки – главное его богатство и он ждет не дождется, когда сможет беззаботно возиться с ними.