Комбат. За личное мужество

Неудивительно, что кухня, где теперь хозяйничала кухарка Регина Петровна, была оборудована по последнему слову техники. Бывший хозяин недавно уехал на постоянное жительство в Штаты, где сначала обжился его сын, и Гарик сумел договориться, чтобы он оставил всю встроенную технику. Интерьер, правда, они освежили и по просьбе Анжелы сделали поярче. Теперь на кухне вместо металлического блеска хай-тек доминировал сочный оранжевый цвет. Анжела думала, что дождливыми осенними днями именно он сможет поднять ей настроение и вдохнет в нее силы.

Но теперь этот цвет ее явно раздражал. Но больше этого ее раздражала сейчас Регина Петровна, которая, вполголоса распевая какие-то странные песни, зачем-то жарила сало и лук. Анжела с детства терпеть не могла этот запах.

Вянет-пропадает

Молодость моя:

От лихого мужа

В доме нет житья.

От лихого мужа

В доме нет житья.

Пьяный – все бранится,

Трезвый – все ворчит

И что ни попало

Из дому тащит.

И что ни попало

Из дому тащит.

«Потерпи немного, —

Люди говорят. —

Милого побои

Недолго болят.

Милого побои

Недолго болят».

Огорчаться неча,

Робкая душа.

Он меня жалеет,

Любит он меня.

Он меня жалеет,

Любит он меня…

– Если муж не устраивает, разводиться нужно, а не выть белугой! – прокомментировала Анжела.

– Ой, это вы, Анжела Викторовна, – вздрогнула Регина Петровна, положив лопаточку, которой мешала на сковороде сало и лук, – а я и не услышала, как вы вошли.

Я думала, что вы наверху отдыхаете. Вот хотела себе яичницу приготовить.

– Кофе мне сделай! – сказала Анжела все так же раздраженно и, наливаясь краской, добавила: – Я тебя сто раз просила сало с луком в моем доме не жарить. Я не переношу этого запаха!

– Так я же думала, это вы просили, чтобы вам я сало с луком не подавала. А я же не вам, я себе, – сказала Регина Петровна, вздыхая.

Пока она говорила с хозяйкой, лук начал подгорать и вся кухня наполнилась едким дымом.

– Что у тебя тут, Регина, пожар?! – звонко воскликнула горничная Юля, которая была едва ли не вдвое моложе Регины Петровны, но обращалась к ней исключительно на «ты».

– Кофе мне кто-нибудь сделает?! – выкрикнула Анжела.

– Тихо, тихо, радость моя, иди наверх, я сделаю тебе кофе, – неожиданно отозвался Гарик, который неслышно вошел в дом и на кухню.