Из предыстории Магадана. Историко-приключенческий роман-летопись

И тут с диким воплем выскочил на поляну обнаженный по пояс низкорослый туземец, размахивая ножом из оленьего рога.

– То их тойон, -пояснил толмач.– Вызывает любого из нас на смертельный поединок.

– Храбрый дикарь, -усмехнулся в усы Москвин, с любопытством скользя взглядом по стройной, мускулистой фигуре инородца.

– Дурый*!.. —возразил кто-то из казаков.

– Атаман, дозволь я успокою дикующего? —самоуверенно повёл плечами Бессон.

– Постарайся не убивать его!

Поединщики стали сходиться. Казак был практически на две головы выше противника… Десятник в несколько прыжков пересёк поляну, резко ушёл от удара вражеского ножа, хлёстко шибанул кулачищем в лоб туземцу (лишив сознания) и одним рывком поднял того вниз головой, держа за ноги, как кролика.

– Как мыслишь, Ваня, дошвырну я энтого вояку во-о-он до тех кустов? —прогудел победитель низким басом, сверкая выгоревшими голубыми глазищами из-под густых нависших бровей.

…Дальше всё прошло по привычному сценарию: инородцев привели к присяге, пальнув для острастки из ружья; взяли в виде дани соболью шубу вождя; выдали подарки – парочку медных православных крестика; отобедали, переночевали и отправились восвояси.

Кочевников-оленеводов служилые не нашли.

___________________________________

* Дурый (старорусское) – глупый, дурак.

– 8-

Старшим в лагере на побережье оставили Акуна Свенельда. Казаки подремонтировали дощаник, подлатали парус, изготовили новые весла взамен сломанных.

Днем Акун послал два отряда на промысел продовольствия.

Сам лекарь обследовал ближний горный ручей, но золота не нашёл: «Жаль!» К вечеру обе команды охотников вернулись с удачей: первые добыли оленя, вторые приволокли несколько туш тюленей.

– Богатые тута края!

– Верно говоришь!

Ночью из темноты прилетело с десяток стрел. Одна из пернатых носителей смерти со звоном впилась в бочонок с питьевой водой, возле которого сидел Свенельд.

– Чёртовы аспиды!

– Укрывайтесь за камнями! Не подставляйтесь под стрелы!

– В спины целили нехристи!

– Туши костры!

Несколькими ружейными выстрелами отогнали враждебных туземцев.

Казаки ещё долго напряжённо прислушивались к ночным звукам, сжимая в руках оружие. Спокойно плескались воды бухты, изредка кричали птицы. Вокруг синела непроглядная ночь. Чёрный бархат неба кое-где прокалывали колеблющиеся огоньки звёзд.

– Все целы?

– Кажись!

– Чёртовы караульные, прозевали дикующих вражин!

– Да ладно, обошлось же…

Тревога отступила.