Из предыстории Магадана. Историко-приключенческий роман-летопись

– Соскучился, что ли? —парировал Акун.

– Да нет, вроде.

– Тогда не обессудь, -шутовски развёл руки молодой писарь.

Неведомый рык донёсся из леса, рядом прокричал ворон, тревожно загалдели испуганные чайки.

Словно из-под земли выросли на дальнем конце пляжа туземец в годах и девица.

– Ух ты!

Москвин, Акун, Бессон и толмач направились к пришельцам. Галька шуршит под сапогами казаков. Работа в лагере остановилась.

– Смотри-ка, колдунья вернулась.

– Ну, и тятьку сваво привела.

Отец Росомахи произвёл на российских колумбов сильное впечатление – настоящий патриарх новооткрытых земель.

То был высокий, горделивый инородец, лет сорока или немного более; чуть сгорбленный, с большой узкой головой. Длинные седеющие чёрные волосы, крупные черты лица, несколько приплюснутый нос, широко расставленые миндалевидные карие глаза, грустные и мудрые…

Филин, протянув атаману небольшой (но и не самый маленький) кожаный мешочек, произнёс:

– Прими, вождь чужаков, дань благодарности за спасение моей единственной дочери.

Знаю, вы пришельцы с полудня любите эти камни…

Москвин механически развязал мешочек и высыпал часть содержимого на ладонь.

– Золото!

– Янтарь!

Россияне подались вперёд, рассматривая дары туземца. Глаза казаков алчно горели. Седой инородец, поджав губы, покачал головой, изучающее разглядывая бледнолицых.

– Подели жёлтые камни со своими людьми —продолжал шаман.– Только не эти камешки настоящее богатство… Настоящее богатство вот эти земли, которые почти потерял мой народ… Богатство во всём, что вас здесь окружает, чужестранцы.

КРАЙ ЭТОТ – НАСТОЯЩЕЕ ВЕЛИКОЕ БОГАТСТВО!

Казаки невольно поёжились под суровым, пронзительным взглядом авторитетного старейшины. Москвин пригласил его в лагерь. Но Филин отказался, испросив разрешение взять с собой главного спасителя дочери.

– Надолго?

– Вечером вернётся.

– Пойдёшь с колдуном, Акун?

Молодой лекарь утвердительно кивнул, покосившись на Росомаху. Глаза девушки светились нескрываемой радостью.

«Сегодня она даже красивая…»

– 10-

Шаман повёл Акуна и Росомаху к северу от морского пляжа. Шагали долго. Поднялись на сопку. Обогнув пожелтевшую рощу, путники вышли на полосу слегка заболоченной почвы. Впереди расстилалась поляна бурой травы с ярко-зелёными кочками, на которых краснели бусины-ягоды. Дальше раскинулась гряда округлых холмов, покрытых редкими кривыми берёзами и зарослями стланика (кедрового кустарника), усыпанных большими шишками.