Му-му. Бездна Кавказа

– Когда себе такое же корыто покупал, кричал: вах, какая машина! Не машина – ласточка! А теперь говоришь – корыто…

– Потому и говорю, что знаю, – проворчал водитель.

– Не переживай, дорогой, – посочувствовал ему пассажир. – Так всегда бывает: тратишь деньги на машину, а покупаешь опыт. А что может быть дороже опыта?

– Только хорошая машина, – сказал водитель. – Ну, что он там?

– Стоит. Постой, не гони, мы уже совсем рядом…

Водитель притормозил. В следующее мгновение из-за угла прямо в глаза ему ударил свет включенных на полную мощность фар, и небритый кавказец издал гортанный возглас – явно ругательный, хотя хамская манера ездить с дальним светом была в полной мере присуща и ему.

– Что делаешь, шакал?! – ничего не видя, кроме двух нестерпимо ярких пятен слепящего света, закричал он водителю встречной машины, как будто тот мог его слышать. – Чтоб ты совсем ослеп, как я, только навсегда!

Машина с шумом промчалась мимо. Небритый водитель яростно потряс головой, словно это могло помочь ему избавиться от плававших перед глазами зеленоватых фосфоресцирующих пятен, и выровнял «додж», который тем временем вознамерился съехать на заснеженную обочину.

– Потихоньку, – предостерег его пассажир. – Он где-то рядом.

– А это не он? – спросил водитель, ткнув большим пальцем за спину, туда, где скрылась ослепившая его машина. – Какая тачка, ты не видел? Не «десятка»?

– Он стоит на месте, – с оттенком нетерпения сказал шатен и пощелкал ногтем указательного пальца по экрану ноутбука.

– Смотрю, – сквозь зубы ответил водитель, переключаясь на первую передачу. – Я, дорогой, с закрытыми глазами ездить не умею и не хочу – машину жалко, мне Мустафа за нее голову оторвет и собакам бросит.

– Помолчи! – резко бросил пассажир. – Ничего не понимаю…

Красная точка продолжала размеренно мигать почти в самом центре экрана. Она по-прежнему не двигалась. Другая точка, синяя, обозначавшая их машину, приблизилась к ней вплотную; на мгновение синяя точка закрыла красную, как Луна заслоняет солнечный диск во время затмения, а потом спокойно поползла дальше, оставив красную точку все так же мерно мигать там, где, как утверждали глаза сидевших в «додже» кавказцев, не было ничего, кроме занесенного снегом пустыря и разъезженной обледенелой колеи.

– Стой, – осознав, наконец, что дело неладно, приказал пассажир. – Давай потихоньку назад.