Советская криптология. История спецсвязи

Барченко совмещал с должностью эксперта Спецотдела по психологии и парапсихологии. В частности, им разрабатывалась методика выявления лиц, склонных к криптологической работе.

Учёный выступал и консультантом при обследовании всевозможных знахарей, шаманов, медиумов, гипнотизёров и других людей, утверждавших, что они общаются с призраками. С конца 1920-х годов Спецотдел активно использовал их в своей работе. Для проверки этих «экстрасенсов» одно из подразделений Спецотдела оборудовало «чёрную комнату» в здании ОГПУ по Фуркасовскому переулку, дом 1.

Исследования и методики А.В.Барченко применялись и в особо сложных случаях дешифровки вражеских сообщений – в таких ситуациях проводились даже групповые сеансы «связи с духами».

Учёный привнёс в жизнь Г.И.Бокия метафизические теории и уговорил видного чекиста вступить в тайную оккультную организацию «Единое Трудовое Братство», изучавшую древнюю науку «Дюнхор», которая якобы превосходила современное знание, но принципы которой были утеряны со временем.

В состав «Единого Трудового Братства» вошли, кроме Г.И. Бокия, ещё следующие лица: член ЦК ВКП(б) И.М. Москвин, заместитель наркома иностранных дел Б.С. Стомоняков, работник Спецотдела Е.Е. Гоппиус, а также давние товарищи Глеба Ивановича по Горному институту инженеры Миронов и Кострыкин.

В конце 1925 года для передачи эзотерического знания наиболее «достойным» представителям «большевистской» партии А.В. Барченко при участии Г.И. Бокия организовал в «недрах» ОГПУ небольшой кружок по изучению «Дюнхор».

28 марта 1928 года на совещании у начальника 2-го отдела Управления делами НКВМД и РВС СССР было принято постановление об организации «военно-морской части по дешифровке в Центре, в Москве». Но дело продвигалось очень медленно.

10 января 1929 года состоялось новое совещание и было посвящено тому же вопросу, на котором кроме руководителей ОГПУ и Спецотдела, представителей штаба РККА и ВМФ были также работники морских штабов Балтийского и Чёрного морей, снова подтвердило необходимость организации соответствующей дешифровальной службы.

В конце февраля 1930 года Г.И. Бокий подготовил письмо К.Е. Ворошилову, в котором писал: «Специальный отдел при ОГПУ считает такой темп, взятый штабом РККА в разрешении вопроса об организации военно-морской части по дешифровке, слишком медленным. Желательно ускорить разрешение этого вопроса, т.е.