От Ельцина до Путина. Документальные хроники Приморского края

Новый политический год она начала с предупреждения:

– Нельзя не учитывать резкое укрепление позиций губернатора Евгения Наздратенко после его уверенной победы на выборах в Совет Федерации!

И, словно подтверждая, в начале января Президент РФ Борис Ельцин одним из первых своих указов (за номером три) освободил от занимаемой должности своего представителя в Приморском крае Валерия Бутова.

Бывший военный юрист, затем председатель Южно-Сахалинского горсовета, 51-летний Валерий Бутов был назначен в край в октября 1991 года и продержался чуть более двух лет и двух месяцев, все последнее время находясь в жесткой оппозиции Наздратенко и его команде.

Но запомнился он тем, что в июле 1993 года в интервью одной из газет заявил:

– В отношении избрания нового главы администрации Владивостока Черепкова я сказал бы так – не хотел бы, чтобы нечто подобное повторилось в другом городе России!

А уже через несколько недель… взял Виктора Черепкова в союзники против Евгения Наздратенко.

Никакой мотивировки освобождения от должности Валерия Бутова в Указе не прозвучало. А вскоре в край был назначен новый представитель президента – 45-летний Владимир Игнатенко. До этого он работал главой администрации города Спасска-Дальнего, был местный и хорошо понимал проблемы края. Можно было уже не опасаться, что "наверх" о происходящем в крае будет доложено в превратном свете политических интриг…

А докладывать было о чем. С 25 декабря шахтеры Восточной Сибири и Южной Якутии прекратили отгрузку угля на электростанции Приморья из-за долга в 32 миллиарда рублей.

"Приморскуголь", поднатужась, давал "на-гора" 20 тысяч тонн угля – а необходимо было 50 тысяч. И "Дальэнерго" взялось за рубильник.

Глава краевой администрации распорядился, чтобы энергетики положили ему на стол график отключения от электроснабжения жилых домов и сами следовали ему неукоснительно. И… вылетел в Москву, на первую в этом году сессию Совета Федерации.

А в Южно-Уссурийский женский монастырь снова зачастили кладоискатели. Слухи о сокровищах, якобы некогда зарытых здесь игуменьей Олимпиадой, обрели вторую жизнь. Сомнительные личности шныряли вокруг, а встречаясь с монахинями, представлялись почему-то сотрудниками уголовного розыска.

Не знали они, что игуменья схоронила клад – со страстной молитвой Господу Богу, а значит, никогда он не дастся в руки людей с нечистой совестью.