Му-му. Заброшенная могила

И только после революции, когда церкви заменили партийные и государственные учреждения, хоронить людей стали где угодно, в неосвященной земле… Действительно, не устраивать же кладбища вокруг райкомов партии! Правда, на Красной площади у Кремлевской стены все-таки создали главное кладбище Советского Союза. Не лежать же Ленину в одиночестве…

Епископ Иннокентий последние годы был озабочен тем, чтобы на каждом православном кладбище столицы и области была возведена хотя бы часовня. То, что на одном кладбище рядом с православными покоились католики, иудеи, мусульмане, а в большинстве своем атеисты, роли никакой не играло – Бог, по определению, един.

Епископ знал примеры, когда в западных областях при необходимости православный священник мог отпеть католика и, наоборот, – ксендз молился за православного. И только закоренелые атеисты обходились вообще безо всякого напутствия, оно им было просто не нужно.

Кабинет владыки в здании Московской патриархии был небольшим и уютным. Стены были завешаны иконами, в простенке между окон висел портрет Патриарха.

Высокий седобородый епископ приподнялся, протянул Хвостову белую холеную руку и жестом указал на кресло, стоявшее у стола.

– Наконец-то изволили пожаловать, Матвей Иванович, – произнес он глубоким зычным голосом человека, привыкшего произносить проповеди. – Я уж думал, самому придется к вам на аудиенцию напрашиваться.

Хвостов слегка покраснел.

– В суть дела входил, владыко…

– Ну и как, вошли? – прищурился епископ.

– Вошел… – хмыкнул «главный кладбищенский сторож».

 – Так вошел, что выйти не могу.

– Что ж так?

– Знал я, что вокруг кладбищ атмосфера, прямо скажем, удушливая… Но чтобы до такой степени! – Хвостов развел руками.

– А что ж вы хотели, почтеннейший? – спросил епископ. – Столько лет людей отучали верить, что жизнь земная суть только преддверие жизни вечной. Столько кладбищ в одной Москве под нож бульдозеров пустили! На костях предков теперь лавочки стоят, а на лавочках алкоголики водку пьют и молодежь целуется.

Гранитом и мрамором надгробий стены в метро облицовывали… А что нечестивцы на смерти братьев своих деньги зарабатывают – так это само собой разумеется. На чем теперь не зарабатывают?

– Время такое…

– Ну да, как сказал поэт, «времена не выбирают, в них живут и умирают»… Судите сами: многие века человек знал, что, где бы он ни умер, пусть даже один как перст, в нищете, – он будет похоронен по обряду той религии, которую он при жизни исповедовал.