Двинулись земли низы – 1

Когда вернулся, родной город встретил его неласково – в Костроме власть захватил «левый эсер Котлов с шайкой головорезов», и терпеть рядом с собой еще одного, как сегодня бы выразились, «полевого командира», Котлов не желал. Как-то Валерьяна чуть не задушил ночью наемный убийца, забравшийся через открытое окно. Но у Валерьяна были уже свои люди, вернувшиеся с ним из-под Ярославля, и в итоге языковские головорезы оказались посильнее котловских. Котлов был арестован, и Валерьян отвез его в Москву и сдал в Кремль.

Не успели разобраться с мятежом, новая напасть – Колчак. И осенью 18 года костромичи проводили на колчаковский фронт Образцовый Костромской 56-й полк, комиссаром которого был назначен Валерьян. «Лихие тачанки нас в бой уносили, легенды расскажут, какими мы были…».

В октябре 19-го в Кострому вернулся уже не романтический юноша, а матерый ветеран, в трех водах топленый, в трех кровях купаный, в трех щелоках вареный. И не он один. Все вернулись.

Те, кто выжил.

Вот они, уцелевшие в Гражданскую члены кружка. Я очень люблю рассматривать этих повзрослевших мальчиков и стриженых девочек. Не знаю, почему.

Валерьян – справа

Но выжили не все. Александр Александрович-младший еще после мятежа уехал в Москву, оттуда в Питер, там был избран политкомиссаром полка. Лег в землю под Воронежем, в августе 1919 года, в бою под станцией Лиски, где казаки теснили красные войска. Отец, провожая его в Москве, сказал: «Если тебя захватят, не сдавайся, с тебя шкуру спустят».

Тот так он и сделал – будучи окруженным, застрелился. Ему навсегда осталось девятнадцать.

Двое Александров Александровичей Языковых. 27 июня 1919 г. Москва, перед выездом Младшего на Южный фронт.

Отец, получив известие, чуть не спятил. Ушел с работы и почти целую зиму провел один в светелке, на наружной стене которой так и осталась надпись с наивных и светлых времен кружка – «Светелка коммунаров».

Потом все-таки взял себя в руки и весной 20-го года уехал в Москву. Связей у отца, как и у всех старых большевиков, было невероятно много – они все друг друга знали. Отец несколько лет, еще в Баку, работал с Л. Б. Красиным, ставшим сейчас наркомом торговли и промышленности. В специальном альбоме у Языкова-старшего хранились автографы Ленина, Горького и других видных большевиков. Поэтому без работы Александр Александрович не остался.