Люди, принесшие холод. Книга 1. Лес и степь

Коль берется подчиненный исполнить, да еще и за свой счет – почему бы и нет? К тому же для пущей убедительности Гагарин приложил к письму мешочек с яркендским «песошным золотом», купленным губернаторским агентом где-то в Средней Азии. Но главным при принятии решения был даже не этот весомый в прямом смысле довод. Главная причина поспешной резолюции – незадолго до получения гагаринского известия на аудиенции у императора побывала странная парочка. Как аттестовал их Пушкин в черновиках «Истории Петра»: «трухменец Хаджи-Нефес и князь Саманов, персидский князек из Гиляни (перекрест, живший в Астрахани и comp?re ou dupe de Hadji Nefese[10 - «подручный или шут при Ходжи-Нефесе» (фр.

)])».

Для того, чтобы рассказать вам о «трухменце с шутом» немного подробнее, чем это сделал Пушкин, нам придется вернуться немного назад во времени и перенестись южнее – на берег Каспийского моря. Астрахань издавна вела со Степью обширную торговлю. И не обязательно в самом городе – далеко не все желающие могли добраться до форпоста «урусов» через чужие кочевья.

Поэтому, для некоторых племен астраханцы устраивали «выездную торговлю». С туркменами, например, издавна торговали на мысе Тюк-Караган, расположенном в северо-восточной части Каспийского моря, куда русские и татарские купцы из Астрахани добирались морем на малых судах.

И вот однажды на торжище явился большой человек – садырь (предводитель) одного из туркменских племен по имени Ходжа-Нефес. Он попросил купцов довести его до Астрахани – якобы по торговым делам.

А купцам что – довезут хоть до Нижнего Новгорода, лишь бы деньги платил.

В Астрахани таинственный туркмен, покрутившись и разузнав обстановку, близко сошелся с неким князем Самановым (разными авторами именуемым также Самоновым, Замановым, Симанавым и т.д.).

Князь этот князем был весьма условным. Саманов (вернее, тогда вовсе никакой не Саманов, но подлинного имени история не сохранила) родился и вырос в Персии, принадлежал к знатному роду и был в шахстве человеком не из последних.

Одно время он даже занимал должность правителя провинции Гилян – пограничной с Кавказом и также лежащей на берегу Каспийского моря. Но что-то у него там не задалось, возникли серьезные проблемы, и уже бывший губернатор вынужден был бежать морем в Астрахань, где его наверняка никто не достанет. В России он принял православие, стал Самановым и, памятуя о прошлом величии, назвался князем.

Но громкий титул – это, пожалуй, и все, что у него осталось.