Жизнь примечательных людей. Книга первая

Он спрашивает, как мы сюда попали! Нет, это мы вас хотели спросить, как вы сюда попали?– Я? Как всегда, – пожал плечами Свистулькин.– "Как всегда"! – воскликнул Шутило. – По-вашему, вы где находитесь?– У себя дома. Где же еще?– Вот так номер, не будь я Шутило! Слушай, Коржик, он говорит, что он у себя дома. А мы с тобой где?– Да, правда, – вмешался в разговор Коржик. – А вот мы с ним тогда, по-вашему, где?– Ну, и вы у меня дома.– Ишь ты! А вы в этом уверены?Свистулькин огляделся по сторонам и от изумления даже привстал на постели.

– Слушайте, – сказал наконец он, – как я сюда попал?

Вот, собственно, и прозвучало слово, которое все объясняет – «провидчески».

Сегодняшние читатели наперебой восхищаются – насколько же точно Носов описал капиталистическое общество. Все, вплоть до самых мельчайших деталей. Вот вам «черный пиар»:

– А что. Общество гигантских растений может лопнуть? – насторожился Гризль (редактор газеты – VN) и пошевелил своим носом, как бы к чему-то принюхиваясь. – Должно лопнуть, – ответил Крабс, делая ударение на слове "должно".

 – Должно?… Ах, должно! – заулыбался Гризль, и его верхние зубы снова впились в подбородок.– Ну, оно и лопнет, если должно, смею уверить вас! Ха-ха!…".

Вот «оборотни в погонах»:

– А кто такие эти полицейские? – спросила Селедочка. – Бандиты! – с раздражением сказал Колосок. – Честное слово, бандиты! По-настоящему, обязанность полицейских – защищать население от грабителей, в действительности же они защищают лишь богачей. А богачи-то и есть самые настоящие грабители.

Только грабят они нас, прикрываясь законами, которые сами придумывают. А какая, скажите, разница, по закону меня ограбят или не по закону? Да мне все равно!".

Вот – «актуальное искусство»:

-– Ты, братец, лучше на эту картину не смотри, – говорил ему Козлик. – Не ломай голову зря. Тут все равно ничего понять нельзя. У нас все художники так рисуют, потому что богачи только такие картины и покупают. Один намалюет такие вот загогулинки, другой изобразит какие-то непонятные закорючечки, третий вовсе нальет жидкой краски в лохань и хватит ею посреди холста, так что получится какое-то несуразное, бессмысленное пятно.

Ты на это пятно смотришь и ничего не можешь понять – просто мерзость какая-то! А богачи смотрят да еще и похваливают. "Нам, говорят, и не нужно, чтоб картина была понятная. Мы вовсе не хотим, чтоб какой-то художник чему-то там нас учил. Богатый и без художника всё понимает, а бедняку и не нужно ничего понимать.