Подольские курсанты

Качнувшись с каблуков на носки, начальник подытожил:

– Две! Две цели поражено, курсант! А это значит, что третий танк разнес ваше орудие вдребезги, и вы все сейчас мертвы, и по вам уже проехали фашистские гусеницы и пошли дальше, на Москву! И вот это я называю – плохо! Очень плохо! Запомните: противотанкист, как и сапер, ошибается только один раз!

Сашка растерянно хлопал глазами. «Почему две-то? Эх, помирать, так с музыкой».

– Но ведь мы все три цели подбили, товарищ полковник.

Стрельбицкий, как тот танк, уже переехал несчастного курсанта и теперь надвигался на остальных.

Он вскинул голову и спросил еще громче:

– Кто может объяснить?

Шеренга молчала. Выручил Митя. Сделав шаг из строя, он, уверенно глядя в глаза полковнику, выкрикнул громко, как положено военному:

– Сержант Шемякин. Третье попадание было в верхнюю часть башни танка, где наклон брони обеспечивает малый угол встречи снаряда. Снаряд делает рикошет, цель остается непораженной и… – Митя замялся.

– Что «и»?

– …и продолжает двигаться на Москву.

Над строем повисла зловещая тишина. Все вдруг представили, как этот самый недобитый танк переехал расчет, вырвался на шоссе и мчится теперь к столице, сметая все на своем пути. А за ним еще и еще… Грош цена им, горе-артиллеристам, если они не смогут встать на пути этого танка и не заставят повернуть назад.

Стрельбицкий опустил глаза и задумался. Он ни на минуту не забывал главную заповедь: командир всегда силен своей безмолвной близостью с бойцами, которыми командует.

И дело сейчас не в грозном окрике, а в том, насколько просто и ясно он сумеет объяснить, как не погибнуть и в конце концов победить врага…

Он обвел всех грустным взглядом и начал говорить, уже не так громко, но внятно и по-военному уверенно:

– Через три месяца все вы уйдете на фронт и будете командовать людьми, в том числе – и старше себя. И от того, как вы станете это делать, будет зависеть исход нашей войны с фашистами. – Полковник замолчал, посмотрел на курсантов, потом на хмурое небо.

 – Детство закончилось, ребята. Теперь за каждой вашей ошибкой может стоять не один десяток человеческих жизней. Запомните это. Пожалуйста.

Шумел своей последней листвой мокрый лес, светило сквозь уползающие тучи беспомощное октябрьское солнце; земля, напитавшись влагой, затаила дыхание, прислушиваясь к далекому рокоту чужих машин. Где-то там, за горизонтом, шла война – такая далекая и уже такая близкая…

К возвращению в училище готовились уже ближе к вечеру.