Подольские курсанты

Несколько сот человек замерли в ожидании, стараясь угадать, что им скажет начальник в эту важную и давно ожидаемую минуту. Посерьезневшие в одночасье лица ребят, суровые взгляды офицеров и эта зловещая гулкая тишина, нарушаемая только воем беспокойного осеннего ветра.

Никак не предполагал Иван Семенович, что придется наспех посылать людей, по сути, недоученных еще мальчишек, в самое пекло. Туда, где для них не будет тыла, где из всех оберегов будет только родная земля, готовая принять их любыми – живыми или мертвыми… За пять-шесть дней, пять-шесть дней…

Что он может сказать им в эту минуту? Благословить на бой, пожелать удачи? Не то.

Надо найти бронебойные слова, вселить в каждого веру и ненависть! Чтобы сами курсанты стали непобедимыми, а враг перед ними – беспомощным! В них самих, в их орудия нужно зарядить всю праведную злость, какую только можно себе представить!

– Товарищи курсанты и командиры! – Голос начальника взметнулся над строем, грозным эхом отпрянул от стен казармы, прорезал серую стынь.

 – Фашистские полчища рвутся к Москве! Наши отцы и братья не жалеют своих жизней, несокрушимой стеной вставая у них на пути! Сегодня настал наш черед! Перед нами поставлена трудная, но очень важная задача! Мы должны к утру выйти на рубеж, занять оборону и любой ценой удерживать врага не менее пяти дней, до подхода подкрепления!

Он замолчал, переводя дыхание. Каменея лицом и закипая сердцем, ребята слушали и понимали, что их час настал. Вот тот самый день, к которому они готовились и представляли только в самых смелых мыслях.

И это не учебная тревога. Для них началась Война.

– Мы обязаны выстоять в схватке с врагом! От нас сейчас зависит исход всей битвы с фашистской гадиной! – Он снова замолчал, собираясь с силами. – Вся наша Советская Родина, наша партия, наши отцы и матери, братья и сестры – все смотрят сейчас на нас! В эту трудную для Родины минуту именно нам доверено остановить зарвавшегося врага, сбить с него спесь, доказать, что и мы умеем воевать и – не только обороняться, но и наступать! Я верю в вас… ребята, верю и знаю – победа будет за нами!

Заслезились на ветру глаза.

Стрельбицкий дал отмашку, командиры поспешили к своим подразделениям, послышались отрывистые команды. Грозная махина строя начала движение.

Стрельбицкий направился к своей «эмке». Отдав нужные распоряжения, туда же поспешили офицеры училища: капитаны Россиков, Андропов, старшие лейтенанты ПАУ – Носов, ППУ – Мамчич, лейтенанты Алешкин, Шаповалов, Мусеридзе.