Панкрат. Возвращение в небо

Теперь там, где они лежали, остались только меловые контуры и кровь.

Панкрат рухнул на ящик, стоявший у входа, обхватил голову руками и застонал:

– Я должен, должен был это предусмотреть и не оставлять их одних.

И вдруг он услышал крик. Глухой, отдаленный звук, словно кто-то кричал, находясь на дне колодца. Переживший совсем недавно точно такое же «приключение», Суворин вскочил и прислушался. Мелькнула надежда, что один из студентов, может быть, выжил. Ведь Игорь лежал тогда с закрытыми глазами. И пульс его он не догадался проверить.

Может быть, когда Панкрат ушел, тот смог подняться и выйти отсюда. Суворин ухватился за эту мысль, вдруг почувствовав, как безумная радость наполняет его сердце. И, заглушая разумные доводы, которые убили бы эту радость, бросился вон. Но снаружи все было тихо.

– Игорь! – закричал он. – Игорь! Игорь!

– И-о-о! И-о-о! – передразнила его какая-то ночная птица.

Минуту или две он стоял, прислушиваясь и с четкой ясностью осознавая, что у Игоря не было ни малейшего шанса выйти из этого склада.

Ни малейшего!

Но вот птица замолкла, и снова наступила тишина, иногда прерываемая писком и возней мелких ночных зверушек.

Постояв несколько минут, Суворин снова вошел на склад. И снова повторился крик.

«Галлюцинации», – решил Панкрат и рухнул на ближайший ящик. Он положил дрожащие руки на колени и переплел пальцы.

Но крик не прекращался. И по-прежнему был глухим и отдаленным, словно из подземелья. И было ясно, что эти вопли настолько же реальны, насколько и не принадлежат Игорю.

«Чудо не состоялось», – передернув плечами, Панкрат глубоко вздохнул, с трудом поднялся и вышел на воздух. Крик раздавался с западной стороны, оттуда, где строилась церковь.

«Кто-то из местных кладоискателей свалился в каменный мешок возле церкви. Может уже чего отрыл», – усмехнулся он.

Но вокруг никого не было. Порыв северо-западного ветра набросился на оставшуюся открытой дверь склада и несколько раз с силой хлопнул ею. Луна, осветив пустырь, тут же бросила под ноги Суворину его собственную тень.

От неожиданности тот вздрогнул.

Из-за рощи снова донесся крик. Теперь он был жалобным, с причитаниями и подвыванием. Панкрат прислушался.

Он резко повернулся и снова вошел в дом. Подошел к теперь хорошо освещенным луной через разбитое окно контурам, присел на корточки и прохрипел:

– Ребята, я отомщу. Вернусь сюда к сороковому дню. И расскажу, как я это сделал. Я вам это твердо обещаю.