Панкрат. Возвращение в небо

Потом снова растрепал Суворину волосы и забрался под куртку, освежая вспотевшее тело. Он поежился, застегнул молнию на куртке.

– Иду, – пробормотал он и бросился к мотоциклу.

В каменной западне точно кто-то был.

– Помогите! – раздавался оттуда жалобный дребезжащий голос.

Панкрат подбежал к самому краю и, склонившись, включил фонарик. Снизу на него смотрело белое, как у мертвеца, лицо «Дэни де Витто».

– Так ты не сдох?! – искренне изумился Суворин.

В ответ не раздалось ни звука. «Де Витто» не двигался.

И если бы не его горящие от страха глаза, выглядел бы трупом.

– А сюда тебя каким ветром занесло? – спросил Панкрат. – Впрочем, какая мне разница?

Он выпрямился и, отойдя на пару шагов от ямы, выключил фонарик. Вокруг стояла полная тишина. И было слышно, как шуршат ветки какого-то кустарника. Суворин посмотрел на небо, потом на яму. И тут снизу донесся голос.

– Помогите мне! У меня разбита голова.

– А парням моим кто голову разбил?! – Панкрат снова склонился над ямой.

В ответ – тишина.

– Ну и сдохни там, погань! – Суворин выпрямился и пообещал: – Сейчас отыщу булыжник потяжелее и спущу его на тебя, чтоб ты не мучился.

– Не надо! – раздался крик из колодца. – Уверяю вас, я не хотел! Меня втянули в это дело!

– Ну да! Ну да! – согласился Панкрат. – Рассказывай, кто эти уроды.

– Иностранцы.

– Я и сам догадался. Дальше!

– Немец – Отто Шнейдер. Француз – Жан Рувье. Оба остановились в гостинице «Турист».

– Что ж так скромно?

– Они небогатые.

Приехали сюда договор заключать о найме бросовых земель.

– А тебя типа в качестве переводчика взяли? – с издевкой в голосе спросил Суворин.

– Да нет! Они по-русски лучше меня базарят, – возразили снизу. – Меня взяли в качестве гида. Я ведь родом отсюда.

– А скотник зачем с вами был?

– Это мой троюродный дядька.

– Это он вам рассказал про медальон?

– Он.

– А где теперь твои иностранцы?

– Откуда я знаю? Меня ведь в лесу по голове дубиной огрели.

А когда я очнулся, рядом только дядька мой покойный лежал. А больше никого не было. Истинный крест!

– Ладно, – Суворин склонился над ямой и осветил ее фонарем. – Я не буду бросать на тебя камень. На хрен мне об тебя мараться. Живи.

– Я так и знал, что ты не поможешь мне! – раздался истеричный визг снизу.

– Черт! – воскликнул в ответ Суворин. – Я становлюсь предсказуемым!

– Однажды и ты сдохнешь в такой же слизи, – застонал «Де Витто».