Панкрат. Возвращение в небо

И то ли даму не ту пригласил, то ли неправильно на кого-то посмотрел, но, когда спустился вниз, в туалетную комнату, там его уже ждали. Развязка была к этому времени предсказуема, так как из четверых окруживших Нефедова парней у двоих были ножи. Суворин, вошедший в туалет тридцатью секундами позже, сориентировался мгновенно.

– Стоп! Стоп! – закричал он, отвлекая на себя внимание всей компании. – Я спешил на слет азиатских проституток, а тут, оказывается, раздают халявные пончики!

– Кто ты, мать твою? – удивилась компания с ножами.

– Я ваш новый друг. Смиритесь! – сообщил Суворин, ударив того парня, что подошел к нему ближе всех, ногой по руке с ножом.

Растерявшийся было Нефедов, почувствовав поддержку, тут же сориентировался и точно таким же ударом выбил нож у другого. И, разогревшись, ударил его в челюсть. Затем, ухватившись двумя руками за его уши, не придавая никакого значения его весу и издаваемому реву, использовал его как таран против онемевшего от перемены событий подельника.

Сувориным, однако, занялись два других парня. Один сзади ухватил его за шею. Другой, подняв с пола нож, закричал:

– Я воткну его в твое горло по самые гланды!

Затем, широко расставив руки, медленно стал наступать, по-видимому прежде всего пытаясь задавить врага психологически. Панкрат, несмотря на то что горло его с каждой секундой сжималось все сильнее, это учел. И чтобы быть убедительным, даже слегка подобрал ноги. Потом, подпустив парня на достаточное расстояние и используя державшего его сзади как опору, нанес сокрушительный удар ногой в челюсть так, что изо рта бедолаги вместе с брызгами крови вылетело зубов десять.

Нож вывалился из его рук секундой позже.

Картина была настолько впечатляющей, что парень, державший его сзади за шею, ослабил хватку.

И тогда Панкрат развернулся и тремя сложенными вместе пальцами ударил его в ямку, которая находилась чуть ниже адамова яблока, одновременно выпрямляя руку и разворачивая корпус на девяносто градусов.

Это был один из фирменных ударов Суворина, отработанный до изящества и настолько сильный, что жертва после него, как правило, находилась несколько минут в болевом шоке.

– Люблю атмосферу всеобщего поклонения, – склонился Панкрат над одним из парней, лежавших вокруг него ромашкой. Тот, пытаясь приподнять голову, сразу же опустил ее и плотно закрыл глаза.

– Спасибо, – Нефедов подошел к Панкрату с протянутой для пожатия рукой.