Станислав Лем – свидетель катастрофы

С подачи гестаповцев и бойцов СС евреев сгоняли в одно место (как правило, на рыночную площадь), избивали, срывали одежду, заставляли чистить зубными щетками мостовую или собирать руками навоз. В Райгроде из них сформировали колонну и дали впереди идущему красный флаг, после чего всех погнали к расстрельному рву. В Радзилове евреев заставляли хором исполнять песню «Москва моя». Эту же песню заставляли петь и львовских евреев, которые, кроме того, вынуждены были хором кричать «Мы хотим Сталина!». Все это снимали немцы, показывая, как «освобожденные» ими люди радуются уходу большевиков (в точности как большевики ранее снимали пропагандистские фильмы о ликовании украинцев и белорусов от падения «фашистской Польши»)[146 - Machcewicz P.

Wokоl Jedwabnego… S. 39–44; Львiвський погром 1941-го: Нiмцi, украiнськi нацiоналiсти i карнавальна юрба // iсторична правда. 20.12.2021 – URL: https://www.istpravda.com.ua/research/2012/12/20/93550/ (проверено 11.21.2021).].

«В 1941–1942 годах многим казалось, что русские страшно получат по жопе и убегут за Урал.

Но мы в это не верили», – рассказывал Лем Бересю[147 - Tako rzecze… S. 24.]. Ранним утром 30 июня во Львов вошел разведбатальон абвера «Нахтигаль», состоявший из украинцев. В городе уже не было советских войск, украинцы заняли ратушу, собор Святого Юра и тюрьмы, где обнаружили горы разлагавшихся тел (среди убитых был и брат Романа Шухевича, служившего в «Нахтигале» заместителем командира). Днем возле собора Святого Юра начался набор в украинскую милицию, которая на следующий день принялась хватать на улице евреев и отправлять их на вынос трупов, чтобы перевезти тела на Яновское кладбище[148 - Литвин Н. , Науменко К. Указ. соч. Сохранилось множество еврейских свидетельств, что именно украинская милиция сгоняла евреев на вынос тел. Украинские мемуаристы об этом молчат. Воспоминания – это всегда дистиллят, пропущенный через фильтр жизненных представлений и требований эпохи: то, что не вписывается в текущую повестку, отсекается. Например, Лариса Крушельницкая – ученая, археолог, у которой сотрудники НКВД расстреляли отца и деда, – запомнила, как радовались люди, когда с Главпочтамта снимали портрет Сталина. А еврейка, наблюдавшая это в десятилетнем возрасте, описывала то же самое так: «Перед почтой стояли люди с лопатами, а украинцы били их и кричали: „Юде! Юде!“» Важно, однако, отметить, что погромщиками во Львове выступали не только украинцы, но и поляки. См.: Нiмцi, украiнськi нацiоналiсти i карнавальна юрба…].