Ночной дозор. Умереть – непозволительная роскошь

– В редакции все было перевернуто вверх дном, – продолжал журналист, – а Гришин был мертв!

– Ага-а… – многозначительно произнес дипломат, словно ухватился за невидимую ниточку.

Патрик откашлялся.

– Об остальном вы наслышаны.

Маккоуэлл повернулся к собеседнику.

– Значит, господин Глен, – подвел черту консул, – вы считаете, что материал заслуживает внимания?

– Несомненно!

Джон согласно кивнул.

– И я такого же мнения, – мрачно констатировал он, – не зря же кэгэбисты так быстро среагировали на звонок Гришина.

Патрик почесал за ухом.

– И я удивляюсь…

Дипломат с сочувствием взглянул на журналиста и покачал головой.

– Дорогой Патрик, – изрек он. – Вы – дилетант!

– Почему?

– Вы на крючке у КГБ… – по старой привычке назвал ФСБ цэрэушник. – Вас прослушивали! Это же ясно как божий день! – недовольно бросил профессионал. – Поэтому там и появились мгновенно наши противники.

Глен напыжился.

– Не может быть, – отнекивался журналист, – я проверял аппаратуру… Все было чисто!

Маккоуэлл рассмеялся.

– Сынок, – поучительно произнес мужчина, – поверь старику: если тобой заинтересовались русские, то они даже знают, сколько раз ты перднул в сортире между часом ночи и двумя!

Патрик Глен покраснел от такого откровения посольского работника. Журналист не отличался большой нравственностью и совестливостью, однако слова цэрэушника не были лишены оснований. Рыжеволосый вдруг все понял: его пасли не только русские, но и свои – американцы!

– Однако, господин Глен, – оставив лирические отступления, продолжил деловой разговор дипломат, – это все ерунда! Теперь главный вопрос – исчез ли компромат навсегда или затерялся на полпути в чьих-нибудь загашниках.

Патрик неуверенно повел плечом и громко шмыгнул большим носом.

– Трудно сказать…

– Как я понимаю, – сказал Джон, – Гришин использовал чью-то информацию?

– Скорее всего.

– Значит, есть автор компромата?

Патрик согласился с боссом.

– Должен быть.

– Вот именно, – подчеркнуто сухо произнес дипломат.

Журналист отрицательно покачал головой.

– Нет, – ответил Глен, но тут же вспомнив очаровательную женщину в «Жигулях», радостно улыбнулся и добавил: – Но шанс, думаю, имеется.

Джон Маккоуэлл заинтересованно посмотрел на собеседника.

– Вы начинаете исправляться, господин Глен, – удовлетворенно похвалил шеф журналиста.

– Стараемся!

Джон Маккоуэлл повернулся к собеседнику.