Иоанн Павел II: Поляк на Святом престоле

), а некоторых из АК вообще арестовали», – писала она в конце жизни[133 - Pоltawska W. Beskidzkie rekolekcje. Dzieje przyjazni Karola Wojtyly z rodzina Pоltawskich. Czestochowa, 2009. S. 30. Трудно сказать, о каком голосовании идет речь – о референдуме 1946 года по поводу общественно-политических изменений либо о парламентских выборах 1947 года. Также непонятно, каких узников имеет в виду В. Пултавская, – официально в Польше никого не лишали права голоса (кроме эмигрантов). Возможно, это воспоминания об арестах активистов Польской крестьянской партии накануне выборов 1947 года.

].

«На деревьях вместо листьев пусть повиснут коммунисты», – популярный стишок тех лет, который и сейчас известен каждому поляку. Многим казалось, что они просто сменили одну оккупацию на другую, хоть и более мягкую. В современной Польше даже повелось заключать слово «освобождение» в кавычки, показывая тем самым иллюзорность наступившей свободы. Войтыла тоже был не в восторге от новой власти, однако в его воспоминаниях, написанных в 1996 году, освобождение от нацистов обозначено безо всяких кавычек[134 - Jan Pawel II.

Dar i tajemnica. Krakow, 1996. S. 16.].

Русская революция, как всякая революция в большой стране, выплеснулась за свои границы. Советский строй внедрялся повсюду, куда дошла Красная армия (за исключением разве что Австрии – Сталин соблюдал ялтинские соглашения). Агрессивная пропаганда поднимала рабочих и крестьян против бывших «эксплуататоров». Передел земли, национализация промышленности, запрет «буржуазных» (то есть почти всех) партий, нападки на «чуждые народу» направления искусства – революция перемалывала всех и вся.

Кто не вписывался в новые рамки, должен был молчать или умереть. Станислав Миколайчик, бывший премьер правительства в изгнании, решился было конкурировать с коммунистами в легальном поле, но был ошельмован и, заклейменный как агент империализма, едва унес ноги, вывезенный в октябре 1947 года за рубеж американскими дипломатами. Его крестьянская партия (одно время – самая популярная в стране) развалилась, не в силах противостоять грубому нажиму и подтасовкам на выборах. В том же году было раздавлено и вооруженное подполье, чью трагедию описал тогда Ежи Анджеевский в знаменитом романе «Пепел и алмаз», экранизированном спустя годы Анджеем Вайдой.

Водораздел проходил через семьи и дружеские связи. Попал за решетку основоположник Унии Ежи Браун, оказался в тюрьме руководитель «Студии 39» Тадеуш Кудлиньский.