Багульника манящие цветы. 2 том

Вся эта волна предстоящего подвига, подстёгивала Лёньку и торопила к свершению подвига.

От нахлынувшего порыва к предстоящей борьбе, он не заметил, как очутился на вершине холма.

Лёнька слышал голоса и был готов приступать к действию.

Вздрогнул от хруста сломанной им под ногой сухой ветки. Остановился, решил немного прийти в себя.

Сел на траву, затаил дыхание – он мог уже разбирать слова.

Разговор был, а драки уже слышно не было.

Интересно, что там у них сейчас происходит?

Лёнька никогда не подглядывал и не подслушивал – знал, что это очень неприлично, но для пользы общества ему придётся отступить от правил приличия.

Подполз поближе к месту действия, раздвинул осторожно кусты и стал потихоньку подкрадываться к деду, который сидел на земле, вытянув ноги, на его ногах Лёнька увидел лежащего верзилу, того самого, который прибежал вступиться за Лёньку и его деда.

Он был ранен.

Степан гладил его голову и твердил:

– Не уходи, Ваня, не уходи.

Заметив большую кровавую рану на животе раненого, Лёнька вскрикнул, зажав рот ладошкой.

Знакомый деду верзила приподнял голову, увидел мальчика, улыбнулся и сказал:

– А ничего, твой пипетка, стоящий парень, ни разу не пикнул! И на тебя очень похож.

Значит, у тебя есть продолжение на этой земле. Я рад за тебя, друг!

Дед обернулся на Лёньку и глаза их встретились – у деда они плакали. Слёзы градом катились из его глаз, и он их даже не вытирал. Как маленький ребёнок, ища защиту у взрослого, дед проговорил жалким голосом:

– Лёнь, он умирает.

Самый лучший друг мой и единственный, умирает, а я ничего не могу сделать. Он меня когда – то приютил и был для меня защитой и опорой в самую трудную минуту. Что делать, сынок?

Он снова повернулся к своему раненому другу, наклонился над ним, стал качать, как маленького.

На душе у Лёньки стало так тоскливо и горько, что ему тоже хотелось реветь. Взял себя в руки, подошёл к деду, произнёс:

– Я побегу в посёлок, скорую вызову. Ему срочно нужна помощь, дед! Я быстро бегаю – не успеешь глазом моргнуть, как помощь явится.

Раненый Иван, так звали дедова друга, поднял свою слабую руку, прошептал:

– Не надо. Эти минуты для меня самые счастливые – я умираю на руках у своего друга.

Немного помолчав, спросил:

– Стёпка, а вы всё же купили с женой корову? Ведь столько детишек у вас было. Как они, все уже выросли, переженились уже?

Он повернул голову и хорошей, тёплой улыбкой снова посмотрел на Лёньку.