Записки последних Антикваров

Да и зачем это Вам? Ведь, как я понимаю, если я помогу Вам вернуться в правильное место и время, то Вас просто не станет существовать.

– Это так, – я задумалась.

Так странна была для меня мысль, что через полгода меня может просто не стать. Я думала о смерти, но теперь полгода казались ближе, чем завтрашний день.

– И что Вы решили?

– Нет, учите меня. Даже если меня не станет через полгода, я исчезну с пониманием того, что я получила ответы на волнующие меня вопросы.

– Вряд ли я смогу Вам дать ответы.

– Я сама найду их с нужными мне знаниями.

– Хорошо, договорились. Я научу Вас всему, чему когда-то научил Стоуна. Вам, по крайней мере, эти знания могут пригодиться. Сейчас, думаю, стоит вернуться ко сну. Я уже попросил Килтона разобраться со спальней.

– Не стоило… – начала была я, но тут же была перебита.

– Вы очень значимая гостья, Диана. Приятных снов, – на этих словах Сайлант подозвал к себе Килтона, встал с места с помощью дворецкого и вышел из комнаты.

Килтон вернулся в гостиную незамедлительно.

За ним стояла служанка.

– Миледи, если позволите, Элизабет проводит Вас до Вашей спальни и поможет раздеться.

– Спасибо, – я встала с дивана и вышла из гостиной вслед за служанкой.

Глава 2: «Трехглавый олень»

Диана II: 11 февраля 1845, 09:37 (что-то около 40, но не совсем)

Способным учеником меня вряд ли можно было бы назвать. В школе я хорошо училась, просто потому что программа мне казалась чрезмерно простой. Домашнее я никогда не делала, отвечала всё слёту.

В примерные студенты меня тоже вряд ли можно было бы записать. Когда я из школы пришла в университет, я уже была не способна выполнять задания в полную силу: нужных навыков и мотивации не было. Поэтому с красивых пятерок я перешла на приличные с виду четверки и тройки. Меня, впрочем, такой резкий скачок никогда не волновал. Я учила только то, что мне нравилось. Не уделяла особого внимания структуре языка или грамматике. Мне всегда нравилось разговаривать на английском языке, а правильно я делаю это или нет – не моя забота.

Сейчас мне предстояло выучить не только новый язык, но и новый вид деятельности. И если с сараматари, языком Антикваров, у меня больших проблем не было, то сама суть магии давалась мне с трудом. Видите ли, все эти тренировки предполагали сильную концентрацию, покой, чистоту и свободу мыслей, коего у меня никогда не было. Все мои мысли были, есть и всегда останутся сплошным хаосом.