Записки последних Антикваров

А может я и была княжной, но мой мозг решил сыграть со мной дурную шутку и придумал себе другую личность. Или может я все же была Дианой Рубцовой, с которой играется ее сознание, пока она, то есть опять же я, лежит на больничной койке.

Я пообещала себе еще вернуться к этому вопросу, но сегодня был первый день, когда я была свободна от постели. Очнулась я достаточно рано, но служанку звать не стала – мне хотелось немного отдохнуть от постоянной опеки. На часах было… Ох, как же я ненавидела циферблаты, по таким часам я разучилась понимать время с лет 6, когда мне купили мой первый Sony Ericsson.

Когда я вспоминала что-то подобное, я тут же мысленно добавляла плюсик в колонку «Диана». Хотя колонка «Софи» была вообще пуста, учитывая гипотетическую потерю памяти.

– Сколько же это? – вслух размышляла я, смотря на часы. – Большая стрелка на тройке, а малая… на семерке? Значит сейчас… 6:15…? Нет, нет, там вроде другие правила… 7:15? Должно быть 7:15…

И рано же я вскочила! Но, видимо, не могла я дождаться, когда смогу выйти из спальни.

На улице уже светало, и совсем незаметные первые лучи солнца пробивались через тяжёлые шёлковые шторы. Я подошла к окну и отдернула штору с одной стороны, затем закрыла створку окна, которое открывалось на ночь (даже несмотря на то, что на улице был конец февраля), чтобы освежить комнату, и уселась в кресло, уставившись на слова в книге. Мне понадобилось с минуту бездумно попялиться в книгу, чтобы понять, что настроение читать не было абсолютно никакого. Я покорно смирилась с неожиданным приступом лени и отложила книгу прочь.

Ещё с мгновение ютилась в кресле, размышляя о дальнейших своих действиях, но в голову пришла лишь идея прогулки в саду. К великому моему сожалению, это значило, что мне придётся звать служанку, чтобы та помогла собраться. Несколько раз я предприняла попытки собраться самой, просто чтобы проверить, мол, смогу ли, но попытки были тщетны. Угрюмо вздохнув, я направилась к колокольчику у кровати и дёрнула его несколько раз. Я старалась не быть настойчивой, если вдруг слуги ещё не проснулись.

С распорядком дня слуг я знакома не была. Я провела в кровати около месяца, служанку видела в комнате раз 5 на дню. Первый раз она приходила утром, часов в 8 и начинала обтирать меня, хотя я не раз настаивала, что и сама могу с этим справиться, но Мэри, служанка, уверяла, что если хозяева прознают, что она позволяет мне, княжне, самостоятельно заниматься подобными делами «в моем-то состояние», то будет ей дурно.