Русский брат. Земляк

 – Согласись – такой важный в нашей жизни разговор не мог произойти в городской толчее. Зато теперь ты запомнишь его на всю жизнь.

– Это уж точно.

– Я вижу ты не представляешь меня в роли домохозяйки.

– Еще не пробовал.

– И не теряй зря времени. Безнадежное дело, – Зиба высунула руку из окна, пробуя на ощупь упругость встречного ветра. – Мы будем современной парой.

Отведя взгляд от дороги, Алексей взглянул на ее точеную фигуру в джинсах и кожаной безрукавке.

– Странные у тебя духи. Я в них слабо разбираюсь…

– Просто они мужские – вот и все.

Желтая стена оборвалась, открылись луг с копнами скошенной травы и излучина реки. Алексей никогда не мог представить себе, что будет вести речь о женитьбе с девушкой, которую ни разу не обнял. Зиба притягивала к себе, но в то же время он постоянно чувствовал невидимую преграду.

«Ничего удивительного – дочь шефа», – объяснял он себе.

Хаджиев был для него не только президентом банка, он во многом заменил покойного отца. Поэтому его выбор выглядел вполне объяснимым.

Странно только что Зиба соглашается запросто – такие девицы обычно бывают строптивей.

– Вчера твой отец просил меня достать одно лекарство, – вспомнил Алексей. – Его применяют при сильных ожогах. Не нашел ни в одной московской аптеке, пришлось заказывать в Германии. Сегодня надо будет встретить самолет. Если хочешь, поедем вместе.

– Тащиться в аэропорт, – поморщилась Зиба. – Нет, на сегодня прогулок достаточно.

* * *

Каллистратов не стал задавать вопросов и без колебаний сел в машину рядом с незнакомцем, который за добрые полтора часа блужданий по московским улицам не проронил ни слова.

Олег спокойно ждал, чем закончится это путешествие. За последнюю неделю ночных бдений за компьютером он в самом деле отчасти потерял ощущение реальности. Теперь на все происходящее он смотрел со стороны, как зритель – поэтому и страха не испытывал.

Петляющий маршрут закончился на дальней окраине Москвы возле частного домика, выкрашенного зеленой и синей краской, с георгинами в палисаднике и кружевными занавесками на окнах.

Человек с бакенбардами кивком указал Олегу на приоткрытую дверь в комнату, а сам устроился на табурете в прихожей.

Войдя, Каллистратов увидел молодую женщину с ярко-рыжими, огнем горящими волосами, по-детски пухлыми губами и тремя золотыми кольцами на одной руке. Лицо ее показалось смутно знакомым.

Женщина выглядела чем-то озабоченной.

– Садитесь, – нервно улыбнулась она и протянула руку.