Слепой. Антикварное золото

И если в этом вагоне порыться, непременно окажется, что добрая половина этих злодейств произошла как раз тогда, когда ты, Егоров, якобы находился под землей… Никто тебя в это время не видел, никто не знает, где ты был, чем занимался, а значит, Егоров, и алиби у тебя нет. Нету! – подполковник широко развел в стороны открытые ладони, будто стремясь продемонстрировать, что не прячет между ними алиби задержанного Егорова. – Так что молчи сколько хочешь. Мне твое молчание только на руку. Ведь что такое нераскрытые дела? Это выговоры, снятые премии и прочие неприятности, большие и маленькие… А доказательств твоей вины мы с ребятами нароем столько, что для любого суда хватит.

И будешь ты у нас грабитель, убийца, садист, сексуальный маньяк, насильник и растлитель малолетних. А еще террорист… На этом фоне вот эта побрякушка, – Ромашов постучал пальцем по столу рядом с серьгой, – покажется мелочью…

Рыжий попытался изобразить скептическую, недоверчивую улыбку, но лучше бы он этого не делал: вместо улыбки получилась такая гримаса, что Ромашову даже стало его жалко.

Зато улыбка подполковника выглядела вполне искренней, хотя Ромашов, в отличие от задержанного, знал, что выполнить угрозу будет не так-то просто. Родители у этого клоуна зажиточные и, надо полагать, на адвоката для своего чада не поскупятся. А поскольку дело не политическое и Рыжий не олигарх, вызвавший неудовольствие на самом верху, грамотный адвокат не оставит камня на камне от любых обвинений. Это может сообразить даже Егоров, если дать ему время на то, чтобы успокоиться и подумать.

Но как раз этого подполковник Ромашов делать не собирался.

– Короче, как знаешь, – сказал он, демонстративно глядя на часы. – Возиться мне с тобой некогда. Сейчас отправлю тебя обратно в камеру и поручу твое дело кому-нибудь из своих ребят. Они с тобой по-другому поговорят. Пугать не хочу, но… Словом, будешь знать, к чему готовиться, когда в следующий раз захочется что-нибудь стянуть.

– Да не крал я ничего! – срывающимся голосом закричал Егоров.

 – Пропади она пропадом, эта ваша сережка! Нашел я ее, понимаете? Нашел!

– Ах, нашел! – обрадованно воскликнул подполковник. – Так это же совсем другое дело! И где же? На улице, как я понимаю? Или в подъезде, около мусоропровода?

Рыжий отчаянно замотал головой.

– Сейчас расскажу, – пообещал он. – Все скажу, как было, а там – как хотите. Можете посадить, если совести хватит, а только я его даже пальцем не тронул.

– Кого? – деловито спросил подполковник.