Святослав. Хазария

Послышался глухой удар оземь и жалобные завывания. Следом молодой, прикрываясь девицей, отступил к окну и в мгновение ока исчез в нём, а Булат ястребом перелетел через стол и едва успел подхватить падающую без чувств Светану. Вышеслав услышал движение сзади и едва успел отклониться от чуть изогнутого хазарского клинка, тут же наотмашь ответив ударом топора. Схватка в узком проёме двери не позволяла хазарам вместе навалиться на руса. А Булат всё зачарованно глядел на русоволосую девицу в своих могучих руках, как на высшую на всём белом свете драгоценность, видно, ещё не веря этому счастью.

В этот миг послышались молодецкий посвист и азартные выкрики Блуда, который, будто железная мельница, обрушился на растерявшихся хазар, оказавшихся вдруг между двух огней. Перешагивая через поверженные тела, Блуд ворвался в дом и, застыв на мгновение, ахнул от неподдельного изумления, увидев могучего Булата с красивой девой на руках. Блуд восхищённо оглядел ладную стать девицы.

– Хитёр ты, однако, Булат, нам перепоручил хазар вонючих да псов, а себе – девицу красавицу прямо в руки.

Вот почему он в дом подался к жидовину, – начал по обыкновению балагурить Блуд, повернувшись к сотоварищам. Но Вышеслав цыкнул на него:

– Это суженая его, не болтай лишнего, иначе Булат за неё и тебе голову оторвёт, как цыплёнку.

– Ладно, – нахмурился десятник, – светает уже, пора нам. Сотник велел к заре на месте быть.

Всю ночь в граде продолжалось пиршество смерти, и даже Яма устал пить кровь убитых, а Мор с Марой всё сметали хазар под русские мечи и собирали страшную жатву.

И когда утром взошло солнце, солнце кровавой Святославовой славы, то увидело Белую Вежу дымящуюся, увидело только чёрную груду и камни, ничего не осталось от града – ни мужчины, ни женщины ни старика, ни даже собаки с кошкой – всё было уничтожено русами.

И стала та земля безлюдной, а прах пожарища – прахом вечного забвения града, что носил гордое имя Саркел.

Глава четвертая. Руриково поле

Ещё дымились, источая едкую гарь, руины Саркела, а Святославова дружина, наскоро смыв пот, кровь и копоть, выстроилась в чистой степи встречать восход златорунного Хорса.

Едва блеснул первый луч, князь выехал вперёд и, повернувшись ликом к востоку, воскликнул, вздымая меч:

– Слава Хорсу!

– Слава! Слава! Слава! – прогремели полки.

– Слава Перуну, богу Битв и Борьбы, даровавшему нынче нам победу!

– Слава! Слава! Слава! – потрясали мечами воины.