Слепой. Груз 200

Ситуация была странной, но не более того: когда убивают агента его уровня и класса, это делается быстро и без формальностей, чтобы не дать жертве ни малейшего шанса уйти или хотя бы поднять шум. И желательно на расстоянии – например, из снайперской винтовки.

Тяжелая дверь бесшумно распахнулась, и сопровождающий Глеба, жестом попросив его подождать, без доклада шагнул в кабинет. Глеб остался неподвижно стоять перед дверью, глядя на ее полированную поверхность и не делая попыток пообщаться с телохранителями: ребята были на работе, а в подобной обстановке у представителей их профессии начисто отсутствует общительность, не говоря уже о чувстве юмора.

Они стояли по обе стороны двери, как гранитные утесы, заставляя Глеба чувствовать себя чем-то наподобие тонкого слоя сливочного масла между двумя мощными ломтями хлеба. От нечего делать он мысленно отрепетировал нападение на эту парочку с целью завладения оружием и пришел к выводу, что шансы у него пятьдесят на пятьдесят. Гадать о том, что ожидало его за дверью, не имело смысла: все и так должно было вот-вот проясниться.

Он возобновил мысленную атаку на телохранителей, на сей раз изменив тактику, чтобы максимально увеличить свои шансы на успех, но тут дверь распахнулась, и в проеме показалось плечо молодого человека в черном костюме.

– Да, майор, – послышалось из глубины кабинета, – пока можете быть свободны. Но далеко не уходите, вы мне скоро понадобитесь.

«Ну вот, – подумал Глеб, – майор. Не лейтенант, не капитан и не подполковник – майор.

Неплохая карьера для мальчишки.»

Молодой майор с лицом лейтенанта и глазами подполковника молча указал ему на открытую дверь. В помещении царил полумрак, казавшийся еще гуще по сравнению с сиянием освещавших коридор ламп дневного света, и в голову Глебу моментально полезла читаная-перечитаная еще в детстве приключенческая чепуха: потайные переходы, шелковые полумаски, длинные шпаги, рука Анны Австрийской, протянутая для поцелуя из-за лиловой портьеры…

Жалюзи на широком окне были опущены, и сидевший за письменным столом спиной к окну человек выглядел на их фоне просто черным силуэтом, немного похожим на грудную мишень в тире.

Глеб сдержал улыбку и снял очки. Дверь за ним бесшумно захлопнулась. Глаза Слепого немного привыкли к темноте, и теперь он без труда различал лицо своего собеседника – то самое лицо, которое не так давно вдруг, практически в один день, без всякого предупреждения узнал весь мир.