Куда бежать? Том 1. Вера

– Воля ваша. Я хочу вам помочь, но моё предложение действует при условии, что сможете с кредитором договориться об отсрочке, а если нет, не будет у вас больше имения… В этом году вам будет трудно, если не сказать точнее: совсем трудно. Где-то даже я вам сочувствую. Поверьте мне, это так, я вам сочувствую. На вас свалилась гора долгов. Вы не отказались от отца, как некоторые утвердительно высказывались. Это вызывает уважение. Вы находитесь одной ногой в долговой яме, но продолжаете бороться. Наверное, за сегодня вы возмужали, как никогда раньше.

Князь вчера перешагнул в новую жизнь, взрослую жизнь с ответственностью перед семьёй, перед людьми, которые живут и работают в их доме, в семье, перед мужиками и их семьями.

Встреча на этом была окончена. Князь позвал полового, расплатился за чай и, уже сидя в карете по пути домой, думал: «В чём же была необходимость этой встречи? Аронов, наверное, хотел заявить свои права на дом? Или хотел показать лицо победителя?..»

Письмо надежды

Дома князя встретили мать и сестра.

– Договорился? Аронов оставляет нам дом?

Вопрос Ольги Петровны чрезвычайно удивил князя. Он прозвучал с глубокой надеждой услышать желаемый ответ. Откуда у неё эта надежда, что Аронов оставит дом в пользовании семьи князя? Да и с какой стати он будет это делать теперь, когда по суду дом перейдёт ему с первого числа следующего месяца? Осталось три недели для возврата долга, что почти неисполнимо, или три недели для вывоза личных вещей.

– Мы этот вопрос не обсуждали, – спокойно ответил князь.

– А о чём же вы говорили? Зачем встречались? – удивлённо спросила княгиня, и сразу после вопроса в глазах её появились слёзы.

Для князя возникшая ситуация была душераздирающей: очень тяжело смотреть на слёзы матери.

– Да, похоже, ни о чём. Я не знаю, зачем он назначил встречу. Или пока не знаю… Интересовался, как буду отдавать долги. Говорил, что готов выкупить кругляк и урожай этого года.

Ольга Петровна уже вовсю плакала, даже не дослушав ответ сына. Плач, словно заразная болезнь, быстро передался и сестре. Через несколько секунд обе женщины, прижавшись друг к другу, плакали, откровенно и по-детски. Никакие слова князя не помогали им успокоиться, и от безуспешных попыток их унять князь сменил тактику, перестал мешать дамам, сел в кресло и смотрел на них, окунувшись в свои мысли и обдумывая состояние дел.