Слепой. Могила тамплиера

Это входило в планы археолога, и именно расчисткой погоста экспедиция занималась в течение всей последней недели, поскольку бревна и доски, необходимые для укрепления сводов церковного подземелья, до сих пор не привезли. Насколько было известно Дубову, могил за это время они нашли не менее десятка – собственно, не могил, а предметов, указывающих на их присутствие, – гнилых щепок и обломков камня, идентифицированных Осмоловским как остатки могильных крестов, костей домашних животных и черепков глиняной посуды, оставшихся, как видно, после поминальных трапез.

Сами могилы археологи пока не вскрывали, намереваясь сначала расчистить весь погост: Юрий Владимирович считал, что сможет по числу захоронений хотя бы приблизительно установить тогдашнюю численность населения Пскова. Так, может, весь этот ажиотаж из-за того, что профессор наконец-то решил вскрыть какую-нибудь могилу?

Журналист недоумевал. Какая, в самом деле, чепуха порой занимает взрослых, образованных людей!

– Погоди, Гена, – взмолился он, хватая Быкова за штаны.

 – Объясни толком, в чем дело, почему такой гвалт? Учти, – вкрадчиво добавил он, – общественности это интересно. Нельзя же довольствоваться. гм. домыслами.

Аспирант досадливо оглянулся. На какой-то миг его бородатое лицо приобрело такое выражение, что Дубов немножко испугался: того и гляди, хватит по башке фотоаппаратом, а лось-то здоровенный, не чета Осмоловскому!

– Ладно, – неохотно сменил гнев на милость добродушный Быков. – Только на ходу, а то как бы моего шефа кондрашка не хватила.

Понимаешь, могилку мы нашли, а могилка непростая. Во-первых, расположена она за кладбищенской оградой.

– Самоубийца? – блеснул эрудицией Дубов.

– Не факт, – возразил аспирант. – Скорее иноверец.

– Купец какой-нибудь заморский?

– Рыцарь, – коротко бросил Быков, и на этом его объяснения прервались, поскольку они уже дошли до раскопа.

Перед Быковым расступались; самых нерасторопных он легонько отпихивал в сторону своей могучей загорелой лапищей, приговаривая: «Пропустите прессу.

Скорая техническая помощь», а то и просто: «Брысь с дороги!» Дубов едва поспевал за ним, по-прежнему цепляясь за штаны аспиранта, чтобы не отстать.

Наконец они протолкались через толпу, вскарабкались на осыпающийся земляной бруствер и остановились на краю глубокого раскопа с бугристым глинистым дном. Дубов вспомнил прочитанную ему аспирантом лекцию. По его словам, только дурак полагает, что дно раскопа должно быть идеально ровным.