Слепой. Обратной дороги нет

За это начальника службы безопасности казино «Фортуна» Алексея Гавриловича Одинцова за глаза называли Деревом – только те, разумеется, кто плохо его знал, а таких было большинство.

Юрий Алехин относился к числу тех немногих, кто понимал Гаврилыча хорошо и был способен угадать, что он чувствует в той или иной ситуации. При том что лицо начальника охраны, как всегда, ничего не выражало, а голос звучал спокойно и ровно, как магнитофонная запись в вагоне метро, Юрий видел, что Гаврилыч не просто раздражен, а почти взбешен.

– Все понимаю, Гаврилыч, – сказал он виновато. – Но это же всего на пару часов. За это время никто даже нарезаться как следует не успеет.

Гаврилыч коротко дернул щекой, что, по идее, должно было выражать ироническое сомнение. Действительно, пара часов – срок приличный. Если хорошенько постараться, за это время можно успеть и напиться вдрызг, и проиграть все, что у тебя есть, вплоть до нижнего белья, и даже устроить по этому поводу громкий дебош с ломанием мебели и битьем зеркал. Что уж говорить о попытке ограбления, которое в большинстве случаев просто невозможно предвидеть!

– Прости, Гаврилыч, – снова заговорил Юрий, предвосхищая очередной вопрос начальника, – так вышло, что предупредить заранее я не мог.

Сам ничего не знал до сегодняшнего дня, представляешь? Людка, зараза… Мы ж полгода как развелись, ты в курсе? Ну вот… Почта на мое имя до сих пор на старый адрес приходит. Письмо уже месяц на полке в прихожей валяется, а она, видишь ли, только вчера о нем вспомнила! Слава богу, что не выбросила… Ну, я читаю: туда-сюда, общество российско-сербской дружбы, возможно, приеду, когда – пока неизвестно… Ну я в это общество: так, мол, и так, не в курсе, когда такой-то приезжает? А они мне и поднесли сюрпризец: сегодня, в девятнадцать двадцать! Не хотели, суки, говорить, насилу добился. Ну, пойми, не могу я его не встретить! Ведь снова потеряемся, Гаврилыч! Такой случай раз в жизни бывает!

Гаврилыч, который до сих пор смотрел прямо перед собой в кирпичную стену с таким пристальным вниманием, словно силился разобрать начертанные на ней невидимые письмена, повернул голову и посмотрел на Юрия с некоторым интересом.

– Кто он тебе?

Алехин поскреб макушку.

– Да как сказать – кто? Кто… Воевали мы вместе – видишь, какая ботва.

– Где?

– Воевали-то? Да, гм… Ну… Словом, там. У них.

– И что? – спросил Гаврилыч, поджигая сигарету.

Необычная разговорчивость начальника охраны приободрила Алехина: похоже, это был добрый знак.