Слепой. Повелитель бурь

– П-п-п-погоняло, – с неопределенной интонацией повторил он, будто пробуя на вкус незнакомое кушанье. – Ну что ж, п-пожалуй, что и п-погоняло. Тут, брат, т-такое дело… В моем возрасте людей обычно по отчеству кличут – ну, там, Иваныч, П-петрович… А у меня отчество, понимаешь, такое… некруглое, с-словом. Н-немвродович я, п-понял? Такое не каждый трезвый в-выговорит, а уж после вт-торого стакана и подавно. Как только меня, понимаешь, не об-обзывали! Один умник сообразил: з-здорово, г-говорит, Уродыч, как дела? Ну я ему показал Уродыча… Сам месяц в уродах ходил, н-недотыкомка… В-вот… Ну, и к-кто-то Уродыча в Удодыча п-переделал – п-потом, п-позже.

Т-так и п-прилипло.

Иван покивал, избегая смотреть на Удодыча. Хороший он был мужик, этот Удодыч, со всех сторон хороший, но вот это его заикание… Разговаривать с ним было одно наказание, особенно без привычки, и обычно Иван предпочитал Удодычу вопросов не задавать, да еще таких, как этот – нескромных и, в общем-то, совершенно ненужных. Впрочем, может, и хорошо, что не постеснялся, спросил.

Во-первых, узнал кое-что про Удодыча, а во-вторых, то, как Удодыч ответил, ясно показало, что к Ивану он относится с уважением, по-товарищески, носа перед ним не дерет и понимает, что в жизни с людьми всякое случается.

Удодыч, если разобраться, был Ивану никем – так, здрасьте – до свидания, как делишки, да не хотите ли по стопарику за все хорошее?.. Сосед по гаражу, в общем. Работал он, кажется, водителем какой-то спецмашины, но какой именно и где, Иван не спрашивал, в общем, как-то к слову не пришлось.

Да и какая разница, кто где работает, если человек хороший? Это у них, у американцев всяких, главное – работа, бизнес. А у нас, у русских, главное – душа. А чем человек себе на жизнь зарабатывает, не так уж и важно. Да пусть хоть дерьмо лопатой ковыряет, лишь бы сам дерьмом не был!

Словом, когда Иван переселился к себе в гараж и начал там, что называется, фестивалить без просыпу, Удодыч некоторое время молчал, а потом, улучив момент, выставил пару пивка, воблой угостил и как бы между делом поинтересовался: что, мол, с тобой, парень? И как-то так он это спросил – без подковырки, душевно, с искренним участием, – что Иван не удержался – выложил все, как на духу.

Да и что скрывать, когда и так все видно? Шила в мешке не утаишь, как ты его, этот свой мешок, ни сворачивай, как ни комкай…

Удодыч тогда обещал что-нибудь придумать, и вот, поди ж ты – придумал! И двух недель не прошло, как он уже предложил Ивану заработок.