Реквием каравану PQ-17

У этой смерти нет даже могилы…

Моряки предельно точны в своих докладах:

– Срок автономности вышел… в эфир на связь с базою не выходит… позывные – без ответа!

Ну, значит, конец.

Часть первая. Атлантика

– Нет, сэр, – невозмутимо ответил Брукс. – Но я бы хотел отметить один факт, о котором часто забывают… Страх может подавить человека. По-моему, нигде это чувство не проявляется с такой силой, как при проводке конвоев в Арктике… Знаете ли вы, адмирал Стар, каково приходится людям там, между островом Майен и островом Медвежьим, в февральскую ночь? Это тяжелая, мучительная борьба, каждая ваша мозговая клетка напряжена до предела… Вы находитесь как бы на грани сумасшествия… Знакомы ли вам эти ощущения, адмирал Стар?

    Ол.

Маклин. «Корабль его величества “Улисс”»

Май 1941 года

В мае 1941 года британские станции радиоперехвата нащупали в эфире учащенную работу самолетов германской метеоразведки. Лаборатории службы погоды, летящие над океаном, взяли под наблюдение колоссальный район – от Исландии, где уже высадились англичане, до сплоченных ледников Гренландии, где недавно стали хозяйничать американцы.

Немцев интересовало состояние паковых льдов, плотность туманов, скорость ветра и сила волнения на море…

Начальник английской морской разведки предстал перед Дадли Паундом, первым лордом Адмиралтейства.

– Сэр, – сказал он, – у меня такое предчувствие, что Берлину неспроста понадобился долгосрочный прогноз погоды. Хочется верить, что мы уже держимся за хвостик веревки, с другого конца которой вьется петля для висельника.

Дадли Паунд отреагировал на это без улыбки:

– Надеюсь, Годфри, вы не дадите меня повесить?

– Нет, сэр! Мы приложим все старания, чтобы сунуть в петлю вашего берлинского коллегу – гросс-адмирала Редера.

– Благодарю вас, Годфри, вы всегда так любезны…

Восемнадцатого мая 1941 года германский линкор «Бисмарк» отвалил от пирса оккупированной польской Гдыни. Гарнизонный оркестр исполнил при этом печальную мелодию, прозвучавшую в это тихое утро траурно-щемяще.

Впрочем, гитлеровский адмирал Лютьенс рассчитывал, что операция под кодовым названием «Рейнское учение» завершится благополучно.

– Если бы не эта грустная баллада, совсем некстати сыгранная в нашу честь, никто бы и не заметил нашего отплытия. Я надеюсь, – говорил Лютьенс на мостике «Бисмарка», – что, пока мы не вырвемся на простор океана, в Англии даже кошка не шевельнется.