Слепой. Смерть в подземке

– Даже у повара в привокзальной тошниловке есть свои секреты, – пояснил наемник. – Вам ведь важен не процесс, а результат, верно?

– Ну и где он?

– Пиастры, – снова напомнил киллер.

Демонстративно пожав плечами, Чайник извлек из-за пазухи и бросил на капот пухлый, увесистый конверт. Киллер взял его, заглянул под клапан, наугад выдернул из первой подвернувшейся под руку пачки купюру достоинством в сто евро, посмотрел на свет, кивнул и спрятал купюру в конверт, а конверт – в карман кожанки.

– Нормально, – сказал он и, повернувшись к Чайнику спиной, направился к передней пассажирской дверце своего автомобиля.

Распахнув ее, он взял с сиденья и, вернувшись, протянул посреднику простую пластиковую папку. Она была голубоватого цвета, полупрозрачная, и внутри нее виднелись какие-то бумаги, поверх которых, отливая характерным радужным блеском, лежал компакт-диск. Чайник нажал кнопку на корпусе ноутбука, заставив выдвинуться лоток дисковода, и запустил пальцы в папку, нащупывая диск.

– Не советую, – негромко произнес киллер, со скучающим видом глядя на стоящий в отдалении джип. – Кто много знает, тот мало живет. Оно вам надо?

Виктор Павлович осторожно, будто опасаясь укуса, вынул руку из папки, задвинул на место лоток дисковода и опустил крышку ноутбука.

– Надеюсь, у вас хватило ума не сделать для себя копию, – сказал он, взвешивая папку на руке.

– Надеюсь, вы сегодня не выспались или просто подцепили вирусную инфекцию, – не остался в долгу наемник. – Тогда этот вопрос можно проигнорировать как результат временного помутнения рассудка. На кой ляд мне это дерьмо? Что я должен с ним делать – отнести в общественную приемную ФСБ и сказать, что нашел на улице? Или приложить к нему явку с повинной? Что вы несете, милейший?! С вами все в порядке?

Чайкин внутренне содрогнулся.

Этот тип выглядел как использованная салфетка и вонял, как пустой винный бочонок, но даже в таком плачевном состоянии оставался профессионалом высшей пробы и не утратил звериного чутья на опасность. Его последний вопрос попал в самое яблочко: Виктор Павлович был далеко не в порядке и с огромным трудом сдерживал предательскую дрожь, которая так и гуляла по всему организму, подбираясь то к пальцам, то к голосовым связкам.