Слепой. Я не сдамся без боя!

По имеющейся оперативной информации, террористы не намерены останавливаться на достигнутом и готовят новую атаку, мишенью которой на сей раз станет здание ФСБ на Лубянской площади…

– Вы же обещали не перечислять общеизвестные факты, – не удержался от маленькой шпильки Слепой.

Шпилька на поверку оказалась не так уж и мала.

– Виноват, – строго произнес генерал. – Я что, чего-то не знаю? Впервые слышу, что подготовка террористического акта в здании главного управления ФСБ – общеизвестный факт!

– Всякий, кто проходил или проезжал мимо упомянутого здания и видел бетонные блоки, которыми его огородили, чтобы было невозможно подогнать вплотную к стенам начиненную взрывчаткой машину, неизбежно должен сделать определенные выводы, – сказал Глеб.

 – Это не сложнее, чем сложить два и два, а у нас страна повального среднего образования. Лубянка находится в центре города, и, если каждый, кто через нее проезжал и видел эти… гм… Багратионовы флеши, рассказал об увиденном еще хотя бы одному человеку, факт подготовки нападения на Лубянку можно смело считать общеизвестным. Даже всемирно известным, если учесть, что там ездят и иностранцы… Сколько-то лет назад еще можно было надеяться, что хотя бы американцы не поймут, что к чему, но теперь даже они поумнели. Да как!..

– Ты закончил? – выдержав мхатовскую паузу, ядовито осведомился Федор Филиппович.

– Так точно, – отбарабанил Глеб. – Закончил. Но не иссяк. Тема-то благодатная, век бы сидел на кухне за бутылкой и языком чесал: чего, дескать, этим чернож… неймется? Дать им, сукам, по рогам, да как следует, чтобы век помнили! Сровнять этот их Кавказ с землей, заасфальтировать и сделать платную стоянку… или, скажем, всероссийскую свалку бытовых и промышленных отходов – вот это в самый раз! А мировое сообщество попричитает маленько и успокоится.

Куда ж оно денется, когда у нас такой ядерный потенциал? Жить-то, небось, всем охота, даже Европарламенту!

– А чтобы причитали не слишком долго, мы им газ перекроем, – в тон ему поддакнул Федор Филиппович.

 – Ну, теперь все?

– Да какое там все! – окончательно распоясавшись, воскликнул Глеб, которому очень не хотелось переходить к делу.

Он был офицер, он был профессионал; он был, черт подери, платный киллер, но даже ему было трудно понять людей, упорно лезущих к пусть мизерной, но все-таки власти по лестнице, сложенной из человеческих трупов.