Об итогах противостояния в небе Кореи

Этой цифры в сводной таблице потерь нет.

Поскольку это статья, а не книга, то, к сожалению, в неё невозможно включить (да и трудно найти) частности, касающиеся быта и взаимоотношений наших лётчиков, участвующих в той войне. Хотя некоторые факты были найдены участниками форума, авторами из интервью с участниками боёв, и даже из документов. Среди них и такие, как иногда (впрочем, нечасто), злоупотребление спиртным, посещение разных злачных мест, патрули, гауптвахты и т.д… Иногда даже драки между лётчиками разных эскадрилий (зафиксирована одна – ссылка на документ).

Оказывается, что между нашими лётчиками и местными дамами возникали даже любовные истории. Об одной такой вскользь рассказывает советский ас (больше пяти подтверждённых побед) капитан Забелин из 190-й ИАД ПВО. Такая любовная история случилось с Михаилом Никифоровым, старшим лейтенантом, лётчиком 821 истребительно-авиационного полка и молодой женщиной из русской эмигрантской семьи. Это вы можете прочитать сами в интервью, данном Забелиным Игорю Сейдову по этому адресу: http://www.

airforce.ru/history/cold_war/zabelin/chapter5.htm (http://www.airforce.ru/history/cold_war/zabelin/chapter5.htm), где написано следующее:

«Это совершенно особый случай. Молодой лейтенант. Блондин, симпатичный парень. Познакомился, кажется, в Харбине, где мы были проездом, с русской женщиной. И завязалась сумасшедшая любовь. Он захотел жениться, а на войне жениться – это же проблема… И он стал мало думать о полетах… Ну и вот, организовали судилище – товарищеский суд.

Особенно политработники изощрялись: – Ты что, Родину продаешь?».

Михаил Никифоров, кстати, прибыл в Корею не со своим 726 иап, а на смену раньше – об этом упоминает в своём интервью, данному КиТ, Николай Иванов. По его словам, Никифоров был боевой парень и мечтал принять участие в «маленькой победоносной войне», неплохо воевал в небе Кореи. 4 июля 1952-го года был сбит в бою с Сэйбрами и катапультировался, и тем не менее вновь вернулся в строй и продолжал летать, выполняя боевые задания.

Но был, как теперь выяснилось, и любовный эпизод… Казалось бы – ну был и был, что ж здесь такого? Драматическая и романтическая история, можно сказать нечто вроде «Прощай, оружие!» в авиационном варианте. Однако вместо «Хэмингуея» здесь получился… В общем, получился вариант с заформализованными партсобраниями и покаянием. Как будто люди и не люди вовсе. Жаль.