Беспризорники России

Один груз такой на дорогу вывез…

– Я хотел нашелушить, чтоб набрать только чистого зёрна, – заявил Вовка, чтоб и его похвалили.

– Ты бы до утра «набирал» зерно. Кукуруза ещё сырая, – пояснил Колька, – она просто не вышелушится.

Перед вечерней зарей в степи кружили стаи скворцов, перекликались жаворонки, а сейчас турчали сверчки. Посёлок словно вымер – ни огонька. Поэтому совсем неожиданно подошли к своей улице. И какие махонькие, подслеповатые без электричества, сиротливо смотрелись дома Стандартного, вроде мёртвые.

– Мы с Ваньком видели, как паровоз подцепил вагоны. Увезли нашего папаньку, – грустно сказал Колька, чтоб нарушить охватившее всех молчание.

Тётя Наташа добавила:

– Я вся испереживалась, вот думаю: налетят стервятники, начнут бомбить, а им и укрыться негде. Хорошо, что обошлось… А вот мы и приехали. Скажите матери, пусть приходит за кукурузой. Завтра поутру возьмём тачку, и все поедем, пока она ещё есть.

«И не поехали, не получилось с тачкой… а то бы всё равно вояки забрали, они кукурузу очень лопают…»

Сон не шёл, может быть, потому, что он уже выспался до воздушного боя.

Валерка стал думать, вспоминать, что ещё было после проводов отца до прихода в посёлок итальянцев, как растаскивали магазины, ребята ходили на станцию смотреть на эвакуированных, на эшелоны с красноармейцами и призывниками, как наши отцы:

– Может, такое случится, – мечтали близнецы, – мы приходим на станцию, там эшелон с бойцами, а среди них наш папанька. Может, такое быть? – И убедительно заявляли: – Может.

Их обмундировали, дали оружие и везут на фронт, а фронт в той стороне, – показывали на запад.

Очень хотелось Валерке пойти с братьями на станцию. Но Колька всегда был против.

Был бы он побольше, а возиться с таким соплячьём, претило его самолюбию.

Малыша утешало то, что и они, сколько ни ходили на станцию, а так и не встретили своего отца. А после того, как попали под бомбёжку, тётка Настя запретила им бывать на станции.

«И вот не стало ни тётки Насти, ни близнецов.

Упадёт на этот дом бомба или снаряд – и всё… Хорошо, что Петров всыпал мародёрам, может, они больше не появятся!» С этой мыслью он засыпал, загадав, что завтра, если не будет стрельбы, не придут мародёры и не будет наступления, – он видел, где завалился один из подбитых самолётов: «Можно подговорить Вовку и пробраться к нему – это в дальнем овраге».

Пока все спали, получилось, что он вспомнил всю жизнь до прихода войны, пытаясь разгадать, что же будет дальше.