СССР-2010

Спецназ на задания всегда берет фляжку со спиртом, некоторые, особенно выходцы с флота, заменяют спирт на коньяк. И согреться, и рану продезинфицировать. Я возил бутылку армянского – мало ли что. Может, и гаишнику придется подарить…

– Осторожнее ты…

Маша хлебнула, закашлялась. На глазах выступили слезы.

– Кого ты увидела? – я кивнул на аэропорт. – Там кто-то есть?

– Суку одну.

Однако…

Через ворота аэродрома в сопровождении машины ГАИ проплыли два «Икаруса» с затонированными стеклами. Я прикинул – селить их, видимо, будут в самой новой гостинице, «Загородной» – это она так называется, «Загородная».

Потому что стоит за городом, на Як-Бодьинском тракте, в зеленой зоне. Ехать туда проще всего по кольцевой, но гостей, думаю, повезут через весь город. Раз с ГАИ…

Я тронул машину, пристроился как раз за обкомовской «Татрой», обогнав служебку КГБ. Те мигнули фарами, но я сделал вид, что не увидел…

– Как зовут суку?

– Николь… ее точно не было.

– Могли в последний момент включить. Кто такая Николь?

– Моя соседка.

Они жили рядом с нами.

– В США?

…

Ясно…

Учитывая обстоятельства, светиться у самого отеля я не стал, принял вправо и остановился. Отель был камерный, всего пять этажей, это и не отель скорее, а санаторий. Его обком для себя строил, потом вышел декрет о запрещении хозяйственной деятельности[41 - В 1993 году Б.Н. Ельцин своим указом запретил партии заниматься хозяйственной деятельностью. Это едва не привело к государственному перевороту, потому что тот же ВЛКСМ ничем, кроме коммерческой деятельности, и не занимался, при том не платило налоги и пользовался всеми льготами.

], и теперь тут был шикарный по местным меркам отель. Три звезды он заслуживал точно. Может, даже и четыре…

Гэбэшная «Волга» описала круг на разворотной площадке отеля и, нарушая правила, притерлась к моей машине. Начальник отдела КГБ опустил стекло, он был красным, потным и злым…

– Что у вас происходит?

– Ничего, – грубо ответил я, – вам приказали сопровождать, вот и сопровождайте…

В отель я так и не рискнул соваться.

Поехал по окружной, на пересечении с Воткинским шоссе, где хорошо ловит мобильник – набрал номер Янкеля. Доложил ситуацию, затем дал трубку Маше. Маша доложить, как положено, не смогла. Потом трубку снова взял я.

– Михаил Ефимович, мои действия?

– Отвезешь жену домой, и сидите там, пока не приеду. Безвылазно!

– Ясно.

– Все слишком далеко зашло. Дальше, чем мы думали.

Да уж понятное дело.