Спасатель. Жди меня, и я вернусь

Жить сразу стало легче и веселее. Светя телефоном, он нашел в шкафчике спиртовку, зажег ее и поставил на стол.

– Сто раз говорил сестре-хозяйке, что надо запастись свечами, – сказал он.

Телефон диспетчерской аварийной службы электросетей наряду с другими «горячими» номерами был записан на бумажке, которая лежала под стеклом на письменном столе. Как официальное лицо, во время дежурства несущее всю полноту ответственности за вверенных его попечению пациентов, Олег Борисович снял трубку телефонного аппарата и, поднеся ее к уху, пару секунд вслушивался в царившую внутри нее тишину.

Потом постучал пальцем по рычагу, зачем-то дунул в микрофон, проверил розетку и положил трубку на место.

– Верблюд совсем замерз, – цитируя бородатый анекдот, констатировал он и стал звонить диспетчеру с мобильного телефона, поглядывая на бедра Ирочки, которые при устроенном им интимном освещении выглядели еще более соблазнительно, чем при ярком неживом свете люминесцентных ламп.

Когда вырубилось электричество, охранник Николай Зубов как раз собирался прилечь, чтобы немного вздремнуть.

Было примерно полвторого, до очередного обхода, таким образом, оставалось целых полтора часа; дороги замело напрочь, неожиданного приезда начальства ожидать не приходилось, как и визита воров, которым, между прочим, тоже надо как-то сюда добраться. Положим, добраться можно и на снегоходе, и на обыкновенных лыжах, но Николай что-то не наблюдал здесь лежащих без присмотра золотых россыпей, ради которых стоило бы идти на такой подвиг.

И тут погас свет – весь, по всему пансионату, как снаружи, так и внутри. Сие означало, что с отбоем придется повременить: сначала следовало установить причину аварии и принять меры к ее устранению.

Николай подозревал, что причина, как обычно, кроется в обрыве проводов, не выдержавших тяжести налипшего на них снега, но зарплату ему выдавали не за подозрения и построение версий, и теперь пришло время ее отработать. Сменив пляжные шлепанцы на валенки, натянув бушлат и нахлобучив шапку, он прихватил сильный ручной фонарь и вышел из сторожки.

Снег валил, как перед концом света, и, пробираясь через выросшие, как на дрожжах, сугробы к распределительному шкафу, Николай подумал, что свет дадут не скоро – дай бог, чтобы аварийщики управились до полудня.

Открыв железный шкаф и наудачу пощелкав тумблерами автоматических предохранителей, он получил вполне ожидаемый, то есть нулевой, результат.

– Эх, Россия-матушка! – закрывая шкаф, с сердцем выдохнул он.