Ярослав Мудрый. Русь языческая

Ярослав Мудрый. Русь языческая

Валерий Александрович Замыслов

У истоков Руси

Конец X века. Русь приняла крещение, но не сразу исчезают с холмов деревянные идолы, а когда исчезают, не все приверженцы старой веры начинают жить по-новому. Остро чувствует это Ярослав, сын князя Владимира Святого. Знает он, что отец, приведший подданных к христианству, во многом остался язычником – слушает чтения Святого Писания, а затем едет к наложницам, коих христианскому государю держать не полагается. Как же так! Почему крещение не меняет людей? Как видно, не по принуждению Русь должна верить в Христа, а по зову сердца.

И язычество надо искоренять не насильно, а силою разума! Эта задача занимает все мысли Ярослава. Оттого и кажется он серьезным, мудрым не по годам, но порывистая и безрассудная юность всё равно возьмет свое…

Книга является первой частью исторической дилогии известного писателя-историка Валерия Замыслова.

Валерий Замыслов

Ярослав Мудрый. Русь языческая

Часть первая

Крест Ярослава

Холм был высок и крут, ноги его подгибались, сердце учащенно билось, готовое вот-вот выскочить из груди.

Но он упрямо нес и нес тяжкое бремя, выбиваясь из последних сил. Господь все ближе и ближе, но бремя так тяжело, так гнетет к земле, что каждая отвоеванная пядь[1 - Пядь – старая русская мера длины, равная расстоянию между концами растянутых большого и указательного пальцев.] кажется ему преодоленной верстой.

«Дойти! Непременно дойти!» – неистребимая мысль стучала в его разгоряченном мозгу.

И вдруг он видит, как с холма стремительно несется на него серый округлый валун.

«То испытание Господне», – успевает подумать он, и тотчас валун ударяется о его колено. Жуткая боль охватывает Ярослава и он… падает.

«Вот и погибель настала, мне так и не дойти до Господа. Тщетны все потуги мои. Господи, прости меня, грешного!»

Спаситель, облаченный в белые одеяния, с терновым венцом вокруг головы, в окружении святых апостолов молча стоял на Голгофе и наблюдал, как он, неся тягостный многопудовый крест, взбирался к Господу.

Глаза его строги и испытующи. А Ярослав, превозмогая чудовищную боль, с трудом поднимается, и вновь пядь за пядью сокращает путь к Христу. Теперь он страшится одного, чтобы выдержало сердце, чтобы не оборвалось в одночасье, чтобы не провалиться в вечную тьму, так и не совершив своего последнего деяния.