Карантин по-питерски

Его приняли за террориста, скрутили и пристегнули наручниками в жандармском отделе. А дорожную сумку Шаманова, брошенную на контроле, на всякий случай расстрелял робот. На гоголевской тусне он так и не появился, говорят, так и просидел пристёгнутым три дня, пока не подали самолёт, на который у него был обратный билет.

Сегодня отдыхаю. Завтра – вторая попытка добраться до леса.

30.03.2020

Александр Пелевин:

Вспомнил, как жизнь однажды очень мощно посрамила мои планы. Долгое время я занимался военно-исторической реконструкцией: это когда взрослые мужики наряжаются в форму – в данном случае Второй мировой, – бегают по лесам и стреляют из охолощенных винтовок.

Давно уже, к сожалению, не выхожу на мероприятия, а недавно примерил свои красноармейские штаны и с ужасом заметил, что не влезаю в них. Надо худеть. Хотя бы ради возвращения в реконструкцию.

В 2012 году мы поехали в Брест на реконструкцию битвы 22 июня. Это было долгое трехдневное мероприятие. Мы встали двумя лагерями возле крепости – РККА и немцы.

Все было как надо: шлагбаум, грузовики, построения, выдача винтовок (через границу провозить нельзя, и нам выдали свежие охолощенные мосинки от Минобороны Белоруссии).

Вечером 21 июня гуляли в форме по Бресту. По РККА, разумеется. Немцам в форме по Бресту гулять не очень.

На этой прогулке был еще смешной случай. Возле крепости мне приспичило посетить сортир. Забежал в общественный туалет недалеко от крепости и с ужасом заметил, что ни в одной из кабинок нет туалетной бумаги.

Вот это беда. Что делать? Вышел из кабинки, оправил ремень, поправил нквдешную фуражку, прямо во всем этом подошел к такому типичному белорусу – будто из группы «Песняры», с седыми усами.

– Извините, – говорю. – Но у меня к вам очень глупый вопрос. У вас совершенно случайно нет туалетной бумаги? Или, может, рядом есть магазин?

Напоминаю: я в форме внутренних войск НКВД.

Белорус улыбается и отвечает совершенно спокойно:

– Да, конечно, есть!

Подводит меня к багажнику своей машины и дарит два рулона.

А потом была страшная история.

Сам бой был назначен, кажется, на 5 часов утра. Ночью перед мероприятием не спалось – при том, что я даже и не пил. Долго пытался уснуть на неудобном вещмешке, в конце концов вроде бы смог. Сквозь сон услышал голос: «Застава, в ружье!»

Значит, началось мероприятие. Я встал, надел фуражку, взвалил на плечо винтовку, сделал шаг из палатки и…

И ничего не помню. Чернота.