39-й роковой

Полпред отвечает пространно:

– Вероятно, было бы лучше всего, разумеется, если бы Франция действительно собиралась сопротивляться требованиям Италии, чтобы она круто изменила свою политику в отношении республиканской Испании. Оказать эффективную помощь Республике с точки зрения самой Франции было бы не только благородно, но и выгодно, согласитесь намного «дешевле» дать отпор Италии испанскими руками на испанской территории, чем французскими руками на территории Франции. Между тем правительство Даладье продолжает цепляться за старое, пережившее себя привидение – пресловутое «невмешательство».

Полпред умело подводит министра иностранных дел к необходимости отвечать, а как он, как правительство Англии относится к этому пережившему себя привидению, Однако министр принадлежит к той породе прожжённых английских политиканов, которых в ступе пестом не поймаешь, он круто меняет тему и задает вопрос, верно ли говорят, будто в Москве открываются переговоры с Германией по торговым делам и там со дня на день ждут германскую делегацию.

– Действительно, такая делегация ожидается, инициатива в этом вопросе исходит целиком от Германии, в соответствии с нашими общими принципами мы готовы рассмотреть все предложения, какие нам будут сделаны.

Галифакс не изменился в лице, однако смысл вопроса его выдает:

– Чем объясняется такой шаг со стороны Гитлера, как вы полагаете?

– На мой взгляд, его мотивы ясны: германская промышленность остро нуждается в сырье и рынках сбыта, а между тем англо-советские торговые отношения ухудшаются день ото дня, следует заметить, не по вине СССР, эта «склочка» на руку Гитлеру, он попытается что-нибудь заработать на ней.

Наконец Галифакса охватывает такое сильное беспокойство, что поспешность его вопроса его выдаёт:

– И вы полагаете, что денонсация англо-советского торгового соглашения может иметь плохие, очень плохие политические последствия?

– Не сомневаюсь ни на минуту.

– Да, да, мне необходимо переговорить об этом с министром торговли!

Фюрера, склонного колебаться, склонного менять свои решения по десять раз в течение дня, вдруг одолевают сомнения, созрела ли обстановка для торговой делегации, которую он уже приказал отправить в Москву, может быть, ещё не созрела, может быть, поспешность урежет те выгоды, которые рассчитывает он там получить.