Свободное падение

Алекс отстегнулся и покинул машину вместе со всеми – пулеметчик в «Тойоте» остался дежурить, потому что как минимум пятьдесят процентов огневой мощи должно быть актуально, то есть готово к немедленному применению, и потому что дежурить была очередь второго пулеметчика.

Главным у англичан был Дэн Ходжес. Типичный англичанин – здоровенный, рыжий и усатый. Как и вся элита Эринис, он был из САС, двадцать второго полка специального назначения. В Афганистане он сменил свой «М4» на «СВД», гораздо более подходящую для горной страны – и так и таскал ее с собой, сменив, правда, прицел на шикарный US Optics.

Для ближнего боя у него был автомат «МР5», который он таскал на боку, почти как пистолет.

Как и все англичане, Ходжес любил злые шутки и розыгрыши, а также при встрече даже с друзьями начинал их подкалывать, и довольно зло. Это не все понимали… но так он был отличным парнем, всегда готовым выручить друга, и если ты заруливал на базу, когда у него было какое-то событие, пива можно было пить до отвала. Широкой души человек, почти как русские…

– Ищешь, чем бы поживиться, а Иван? – подколол он поляка, едва тот покинул машину.

Поляк размотал шемах, вытер лицо – было жарко.

– Это наши клиенты. Только что они подорвали компрессорную станцию.

– Да? Ну, им не повезло. Но трофеи, извини, наши…

– Сколько их?

– Вроде пятеро. Если мы правильно руки-ноги посчитали…

Контрактники подошли к машине, которую накрыл вооруженный самолет – так называли их патрульные мини-ганшипы. Это был не китайский, а русский грузовик, старый.

Похожий на американские пикапы шестидесятых, марки «ЗИЛ». В России таких было не встретить, но здесь климат теплый, машина сохраняется хорошо – здесь они по-прежнему коптили дороги. Судя по кузову, когда-то эта машина работала в местном сельском хозяйстве, а потом стала частной. Как в Афганистане – там местные давно ездят на русских армейских машинах, украшенных как передвижные индуистские храмы. Вероятно, это была именно та машина, из-за которой на дороге зарезали двоих. Сейчас ее прилично разделало снарядами автоматической пушки с самолета, кабина была буквально искорежена, а потом контрактники залили ее пеной из огнетушителя, чтобы не взорвалась. Кровь, металл, мясо, пена слились в омерзительном натюрморте, до которого не додумается ни один художник, даже под кайфом.

– Боже, ну и дерьмо… – сказал кто-то.

– Похоже, это грузовик тех парней, сэр…

– О чем вы? – спросил Ходжес.

– Мы нашли двоих в придорожной канаве.