Тренер. Молодежка

И с этими словами вышел. Я смекнул в чем дело – клуб не заплатил за «хоромы» и отдельное размещение. Все просто – зачем клубу инвестиции, которые не принесут дивиденды? То-то же и оно, что незачем. А я из талантливого игрока в одиночку решившего судьбу кубкового финала, разом превратился в неликвид. Когда же «акции» начинают тянуть на дно, от такого актива избавляются. Вот и решили, что пора футболиста Павлова в утиль списать – если ещё на прошлой недели о реабилитации в Германии разговоры велись, о спецборте, а администратор команды у палаты спал, то теперь меня в общую палату переводят.

Помогло, что я уже жизнь прожил и в жизни всякое случалось, поэтому расстраиваться не стал. Велено в общую палату – вопросов нет. Помоложе был бы, так обиду наверняка затаил, но на обиженных как известно воду возят.

Как и сказал доктор, перевели сразу после обеда. Пришёл крупный санитар, помог перебраться.

– Ты Павлов? – буркнул он, притащив с собой каталку для лежачих больных.

Пожитков у меня никаких не оказалось, переезжали налегке.

В общей палате стало веселее – народ здесь лежал разный, по большей части общительный. А у Арсена, который как выяснилось работал на стройке рядом с больницей (и уронил себе на ногу бетонный блок), даже магнитофон в наличии. Слушали музыку, играли в нарды. Нарды притащил Валентин Никифорович, преподаватель истории из местной школы. Над ним школьники решили подшутить, намылив пол на входе в кабинет. Неудачно вышло – теперь старик лечил перелом шейки бедра.

Ещё один «сокамерник» – Володька «Стакан», трудился на местном оборонном заводе и по-пьяни руку в точило сунул, пальцы переломал в труху. А Филипп, молодой мальчишка, которого вчера привезли на скорой, по большей части спал – его автобус сбил.

Шестое место пустовало. Старика дядь Никиту в урологическое перевели, там у него какие-то свои беды с костями имелись, какие именно я так и не понял правда.

Меня в палате узнали сразу – звезда едрит мадрид!

– С детства за красно-белых, – сразу заверил Арсен, в очередной раз проиграв мне в нарды.

Из динамика магнитофона играл супер хит Михаила Муромова:

«Яблоки на снегу – так беззащитно мерзнут

Словно белые весны, что в памяти берегу

Яблоки на снегу…»

– Слушай, Вань, а ты мне автограф Бекасова можешь достать? Я мужикам на стройке покажу, так обзавидуются!

– Не вопрос, как Бекасова увижу, так сразу для тебя автограф попрошу, – подтвердил я.